Славский сам, как привык это делать, начал в начале шестидесятых обустраивать и облагораживать это выбранное им место под отраслевой дом отдыха. Расширились фруктовые и ягодные сады, выросли благоустроенные корпуса, кинозал, спортзал, теннисные корты и волейбольная площадка. Сотрудники аппарата МСМ могли даже получить здесь и обрабатывать собственный приусадебный участок.
Ефим Павлович с женой и дочками, а потом и внуками, как правило, именно сюда отправлялись на выходные и каникулы, занимая небольшой семейный номер. По приглашению Славского здесь отдыхали с семьями его друзья – замминистра здравоохранения Аветик Бурназян, известный хирург, а позже министр здравоохранения Борис Петровский, главный «внедритель» ядерного оружия в армии, начальник 12-го Главного управления Минобороны генерал-полковник Николай Егоров и другие.
Доктор геолого-минералогических наук, заслуженный геолог РФ Алексей Тарханов вспоминал: «Ефим Павлович – простой русский мужик, тучный, но очень подвижный. Постоянно катался на велосипеде, играл с нами в волейбол и на бильярде. Всех помнил, приветливо здоровался, азартно играл с женщинами в домино, лото и подкидного дурака. Рядом всегда сидел наш сосед по московской квартире (дом Средмаша) и играл на баяне. Все обедали в общей столовой. Разумеется, о работе никаких разговоров не вели» [117].
Если дело было зимой, атомщики и приглашенные внушительной группой отправлялись на лыжах в лес под неизменным (до начала 1980‐х) предводительством Славского. Младшая дочь Славского Нина Ефимовна вспоминает: «Не скажу, что на лыжах он бегал, но по выходным нередко километров по двадцать проходил. Он был человек грузный, и лыжи у него были широкие, охотничьи, с тремя бороздами. По этой лыжне с тремя бороздами все понимали: здесь прошел Славский» [48].
Маршрут похода, как правило, был неизменным – до санатория «Мцыри» (имение Середниково бабушки М.Ю. Лермонтова – Е.А. Арсеньевой-Столыпиной) протяженностью около 40 километров. По возвращении накрывался общий стол с умеренным количеством «горячительного», потом играли в домино и бильярд, вечером смотрели кино, парились в бане.
Это был заведенный с сезонными вариациями «опалихский порядок Славского», и ему с радостью следовали коллеги и родные. Вместе встречали Новый год, 8 Марта, отмечали юбилеи. Кем-то был написан даже «Гимн Опалихи», не обошедшийся без упоминания Славского. Его исполняли под гитару в гостиной дома отдыха на бардовский манер:
В такие дни заваленный делами и заботами «атомный министр» хоть немного «выдыхал», общался с дочками, внуками – правда, тоже «коллективно», между общением с коллегами и гостями. Но эти счастливые «семейные моменты» бывали подмечены наблюдателями. Например, главным конструктором ВНИИ автоматики, доктором технических наук Аркадием Бришем, который был частым гостем в Опалихе:
«Ефим Павлович был прекрасный муж и отец. Удивительно было видеть этого в общем строгого, сдержанного человека, когда он разговаривал с внучкой Тошей – голос звучал ласково, а глаза лучились любовью. У Ефима Павловича была крепкая, дружная семья. Большую роль играла обаятельная, умная и мудрая Евгения Андреевна. Выступление Ефима Павловича было гимном любимой женщине, вскрывало его нежную и благородную душу» [39. С. 175].
В биографии великого человека, каким несомненно был Ефим Павлович Славский, интересна каждая «бытовая» деталь. Совсем немного их дают ближайшие родственники главы Минсредмаша. Например, внук Павел Славский:
«Стол всегда был чистый – никаких документов. Это я точно помню. Может, потому и кабинет не запирался никогда. Еще помню, что дед, когда работал в Москве, обедать обязательно приезжал домой. Бабушка великолепно готовила. Часто был украинский борщ – дед его очень любил и всегда ел со жгучим перцем. Еще любил жареные пирожки с мясом и капустой, поэтому бабушка их тоже часто готовила. Вообще, дом был очень хлебосольным. Гости бывали часто.
