— Получается, если бы моя жена не взбрыкнула, и не перетащила нас вниз, то мы бы уже бы остывали в морге?
— Именно. — отвечает мужик.
— Но кто мог следить⁈
— Мы охраняем вас круглосуточно. Обходим лес. Ничего подозрительного замечено не было.
— Но откуда-то же эта крыса вылезла! — рычит Харитонов. — Плохо следите! Два раза проворонили! Два!
— В доме только один посторонний человек. — осторожно отвечает мужик. — Которого мы не можем контролировать. Остальные люди надежные и проверенные!
— И кто же это? — рычит Харитонов.
— Ваша жена. — отвечает мужик.
Вот гад, вот сволочь! Я злая! Да, может я и не так давно с Константином, но как он может обвинять меня голословно, без доказательств⁈
— Ты охренел⁈ — залетаю я в гостиную, не в силах просто стоять и слушать, как на меня навешивают свои промахи.
— Валентина! — Харитонов удивлен моей реакции, и моей дерзости. — Иди в спальню. Мы разговариваем.
— Ага, да, сейчас пойду! — ору я. Наверно, потому что у меня состояние аффекта от всего произошедшего. — Сейчас пойду, а меня оклеветают, и закопают под ближайшей ёлкой!
Мужик недовольно зыркает на меня исподлобья.
— Как я могу что-то передавать про вас, когда у меня ни телефона, ничего нет⁈ Я общаюсь только с вами и с Ибрагимом! Ну еще доктор приезжает вас спасать периодически!
— Валентина, я разберусь. — немного добавляет металла в голос Константин.
— Я переживаю за вас! Я забочусь о вас! А меня ваши же люди обвиняют, потому что я — самая слабая! И на меня можно повесить все свои ошибки! Меня не кому защитить!
— Господин, — подает голос Ибрагим. — Ваша жена права. Она два раза спасла вам жизнь. Если бы тогда она не выбежала из машины, и не помчалась в лес, нас всех бы уже не было. И сегодня, если бы она не приказала переехать в спальню на первом этаже, вас бы тоже убили.
С благодарностью смотрю на Ибрагима. Помощь подоспела откуда не ждали.
— И все же, — никак не уймется мужик.
— Ну давай, Михалыч, объясни, каким образом Валентина может передавать информацию. — хмыкает Харитонов. — Может, морзянкой?
— Азбуку Морзе не знаю. — на всякий случай говорю я.
— Никак она не может передавать. — говорит Ибрагим. — Она приехала в дом без вещей. Все вещи привезли ей вы. Если что-то и найдется, то это ваша вина.
Это — правда! С того момента, как Ибрагим снял с меня свадебное платье, я осталась без ничего. Меня привезли в дом, завернутую в плед. В их плед. И здесь все вещи, которые я надеваю, и которыми пользуюсь — не мои.
А я смотрю на Харитонова — чью сторону он примет.
Константин замечает мое ожидание.
— Давай Михалыч, дуй к своим. Все узнайте! Найдите крысу, что посмела проникнуть в дом. В оба смотрите! Иначе, вам всем хана!
Фух, вроде пронесло.
— Ибрагим! — кивком головы Харитонов указывает и помощнику, чтобы он оставил нас наедине.
Мы остаемся вдвоем с мужем.
Константин медленно встает, задергивает все шторы. Выключает верхний свет. Огонь потрескивает в камине, и дает уютный свет и тепло.
Харитонов подходит ко мне. Его тяжелые ладони ложатся мне на плечи. Я вздрагиваю. Его ладони скользят по моим плечам вниз, а потом он разворачивает меня к себе. Смотрит прямо в глаза. Мы так близко друг к другу, как еще никогда не были.
А потом Харитонов целует меня. Молча, не спрашивая… Будто зная, что я и так позволю ему это. Он целует меня сначала настойчиво, а потом, понимая, что я не сопротивляюсь, делает это уже не спеша, а наслаждаясь моментом.
А потом нам обоим сносит крышу. Адреналин, опасность, близость смерти сделали свое дело, взбудоражили нашу нервную систему напрочь!
Мы падаем на пол, на шкуру, рядом с камином.
Кровь кипит во мне, ухает в висках, я вижу только его! Я ощущаю его сильные руки повсюду! Они рвут на мне пижаму, штаны, трусики! Он облокачивается на спинку кресла, устраивая меня сверху. Я, как могу, стараюсь не задеть его сломанную ногу. Его губы нежно целуют мою шею, спускаясь ниже. Он ловко приподнимает меня, и избавляется от своих штанов.
— Не бойся, я буду нежен! — обещает Константин.
А я и не боюсь его. Почему-то я уверенна, что он не хочет причинять мне боль.
Проникновение мужа очень осторожное и бережное. Он никуда не спешит, его действия наполнены нежностью, как он и обещал. К тому же я сверху, и это дает мне возможность самой контролировать ситуацию.
Да, завтра мне будет безумно стыдно. Завтра я об этом пожалею… Но не сейчас!
Постепенно нас охватывает безумие… И я ему полностью отдаюсь…
ВАЛЕНТИНА
Утром просыпаюсь в объятиях Константина. Наверно таким и должно быть утро у обычных молодоженов сразу после свадьбы. У нас же оно случилось гораздо позже.
Я привстаю над мужем и вглядываюсь в его безмятежное расслабленное лицо. Какой же он красивый! Лицо у него волевое, мужественное, но не злое, в нем проскальзывает доброта.
Я дотрагиваюсь пальцем до его скулы, провожу вдоль линии бороды.
Если бы он только мне принадлежал! Если бы он только был моим! Я бы смогла его полюбить. Я бы смогла стать ему верной и любящей супругой.
Он спрашивал меня, родила бы я ему ребенка? Да. Родила бы.
