Майн постучала. С минуту им пришлось подождать, пока у Фриджека не кончилось терпение, и постучал теперь он, громче и интенсивнее. За дверью подали признаки жизни. Через мгновение она приоткрылась, и из щели на них уставился злобный глаз, который, прищурившись, заявил:
— Выходной.
После чего дверь захлопнулась.
Фриджека удивил тот факт, что у церкви есть выходной, он помнил, как многие из его старых знакомых захаживали в неё круглосуточно и ежедневно, и ни разу не было такого, чтобы церковь хоть на минуту закрывалась.
— Госпожа Шольц? — вновь постучал он.
— Да, — сверкнул тот же злобный глаз из-за вновь приоткрытой двери.
— Можно ли к вам зайти, обсудить одно дельце? — улыбнулся мародёр.
— Я сказала, закрыто. Что-то неясно? — буркнула она.
— А с каких пор у церквей есть выходной? — съязвил Фриджек.
— Бог уехал на курорт, — сверкнула она золотыми зубами, — значит, выходной.
— Я бы хотел поговорить с вами, госпожа Шольц, а не с Богом.
— Денег не дам, благотворительностью не занимаемся, — засмеялся глаз. — Вопрос исчерпан?
— Я не за этим. Скоро вновь нападёт банда на вашу деревню, мы бы хотели посадить к вам на колокольню человека с винтовкой, что бы он смог нас прикрыть — ухмыльнулся Фриджек.
— Нет, — захлопнулась дверь.
Бандит вновь стоял у закрытых ворот. Делать нечего, он снова постучал.
— Госпожа Шольц? А почему вы не разрешаете?
Из-за приоткрытой двери высунулось дуло дробовика, заставив Фриджека отскочить в сторону.
— Да чтобы в Дом Божий зашли поганые наёмники с оружием, с оружием, да в дом Божий! Какая наглость, да где это видано вообще?! — закричала она.
— Но у вас же тоже есть оружие, не самого плохого качества, — крикнул Фриджек. Эта бабуля начинала действовать ему на нервы.
— Это — не оружие, а орудие Бога, оно совершит над тобой Божественную кару, раб ты поганый Божий, да что бы я, сама госпожа Шольц, да допустила бы хранение оружия в церкви?! Непозволительное оскорбление — закричала она, потрусив своим орудием Бога. — Вон отсюда! — заорала она, захлопнув дверью.
Майн позабавил этот бесцельный разговор, она беззвучно смеялась в ладони. Фриджек не намерен был сдаваться, потерять такую хорошую точку для снайпера было непозволительно. Он вновь постучал.
— Да? — спросил злобный глаз из-за двери.
— Мы бы хотели сделать пожертвование в приход, — улыбнулся Фриджек.
— Оставьте под дверью, я заберу опосля и помолюсь за ваши грешные души, — вновь сверкнула она золотыми зубами.
— Боюсь, что пожертвования так много, что вы не сможете утянуть всё за раз, — съёрничал он.
— Насколько много? — улыбнулась она.
— Достаточно, чтобы вы разрешили один денёк посидеть снайперу у вас на крыше.
— Ладно, всё равно под дверью оставляй, — захлопнула она ворота. — У меня тележка ручная есть! — донеслось с той стороны.
Фриджек цыкнул. Как никогда прежде, он разозлился и вновь постучал, на этот раз ногой.
— Да? — сверкнул глаз.
— А где вы такого хорошего дантиста нашли? Может быть он и гробы золотые делает, а? Как думаете?
— Угрожаешь, да? — улыбнулся глаз. - Иди молоко с губ вытри, юнец ты чёртов, совсем охренел что ли, угрожать МНЕ, госпоже Шольц? — засмеялась она. — Давай, вали к моему дантисту, закажи у него гроб золотой, только своего размера, слышишь, а?
— Сквернословишь, сука? — закричал Фриджек в ответ. — Да я настолько высок, что в гроб, заказанный мною, ты преспокойно поместишься — улыбнулся он, обнажив весь свой ровный ряд белых зубов.
— Отпрыск Сатаны, — опешил глаз, отступив на несколько шагов назад. Он заметил этот безумный огонёк в очах наёмника, это выражение лица человека, обречённого на вечные страдания во Тьме, он ещё не понимал, что будет видеть этого негодяя в наистрашнейших снах.
Фриджек попытался силой открыть дверь, однако засов качественно выполнял свою работу. После тщетных попыток выбить её плечом, он разочарованно вздохнул.
— Тут рядом есть бар, — предложила Майн.