После пяти поездок у Му Дафу возникло предположение, что даже хорошо знакомые с деревней коллеги просто-напросто утратили в отношении нее всякое понимание, подобное можно наблюдать между женами и мужьями. До того как он приступил к исследованию фольклора, деревня в воображении Му Дафу рисовалась чем-то вроде идиллической картинки, вышедшей из-под пера писателя Шэнь Цунвэня, – место с прекрасными пейзажами, с простыми и добрыми нравами и обычаями, в котором того и гляди встретится какая-нибудь девчушка типа Цуйцуй из повести «Пограничный городок». Но по мере углубления в изыскания он понимал, что деревня – вовсе не статичная картинка из текста, а постоянно меняющийся живой организм, причем в первую очередь это касается сокращения численности жителей, ведь вся молодежь двинулась на заработки в город. Глядя на заброшенные ветхие строения, на новые бетонные дома с висящими на них замками, на заросшие пылью здания общего пользования, он не мог не сокрушаться по поводу того, как сильно повлияла на деревню миграция населения. Без людей деревня лишилась жизненной силы, напоминая произведение без читателей или продукт без покупателей, когда все цепочки спроса и предложения неосознанно разорвались. Ныне в деревне в основном остались одинокие старики и дети, которые и сами-то толком не могли разобраться в своей культуре. Соответственно, возникал вопрос: смогут ли спасти деревню советы и указания заезжих профессоров, которые всю жизнь провели в городах? И пускай сам Му Дафу в этом тоже сомневался, однако, чтобы закончить работу по гранту, он должен был мало того что высказать собственное мнение, так еще и поверить в его перспективность. Поэтому, ставя точку в последнем предложении, он, как и всегда в такие моменты, испытал душевный подъем.
Издав победный возглас «та-дам», он надеялся, что в кабинет тут же прибежит Жань Дундун и усядется к нему на колени, чтобы разделить с ним радость или прослушать какой-нибудь удачный отрывок. Когда она была в него влюблена, то всегда так поступала, да и после свадьбы такое тоже случалось, но в последние лет пять она про это вообще забыла, поэтому его зов был не более чем попыткой оживить мечты. Как он и предполагал, никто не откликнулся, он взглянул на часы – 20:00, она как раз купала Хуаньюй, поэтому просто была занята и не слышала его. Тогда он сдержал свою радость, решив объявить новость чуть позже. Когда же это сделать? Он решил, что лучшим для этого моментом будет 22:40, она уже закончит принимать душ и будет совершать в спальне свой вечерний уход за кожей. Он рассчитывал, что под ее обещанием «отпраздновать окончание проекта» имелось в виду не что иное, как долгожданное интимное свидание, потому что раньше они отмечали это именно так. Пребывая в предвкушении, Му Дафу сдерживал волнение, но возбуждение он удержать в себе не мог, и оно, подобно зажженной петарде, взорвалось в нем с оглушительным треском, заряжая его организм надлежащей энергией. Пока она не вышла из ванной, он быстро заскочил в другую ванную и, пока принимал душ, пытался вспомнить, когда же они в последний раз доставляли друг другу удовольствие в постели. Вспомнить так и не получилось – это было слишком давно, словно в какой-то прошлой жизни.
В назначенное время он приоткрыл дверь спальни. Сидя на краешке кровати, она наносила на тело крем. Пружинный матрас колыхался в такт ее движениям, словно намеренно дразня его и разогреваясь перед предстоящей работой. Он подумал, что выбрал отличный момент, – а ведь если верно выбрать время, то можно горы своротить. Она его заметила, но виду не подала, ее руки продолжали распределять крем по шее и груди. Он подошел вплотную и произнес:
– Дорогая, я закончил статью.
– Правда? Поздравляю. – Улыбнувшись, она приподняла голову, и, словно услышав сакральную песнь, замерла, оставив руку на левой груди.
Он раскрыл свои объятия. Она встала и, выскользнув из кольца его рук, подошла к туалетному столику.
– Не хочешь отпраздновать?
– Давай завтра, мне надо подготовиться.
– А почему не сегодня?
Его сомкнувшиеся руки, словно обнимая ее, повисли в воздухе. От сожаления он прищелкнул языком, целуя пустое пространство. Она подсознательно закрыла лицо ладонями и произнесла:
– Предлагаю отпраздновать это в другом месте.
– И где же?
– Завтра узнаешь.
– Но сегодня еще столько времени, может, порепетируем? – спросил он и тут же подумал: «Неужели она забронирует для нас номер?»
– Иди и репетируй, – последовал ответ.
Она открыла дверь и жестом попросила его выйти. Он закатил глаза и, продолжая обнимать невидимый шар, вышел вон. И только когда дверь за ним захлопнулась, он опустил руки и резко их встряхнул, словно пытаясь избавиться от гнева.
Его ожидание началось с той самой минуты, как она вышла из дома. После завтрака она повезла Хуаньюй в школу, а перед этим обещала, что заедет за ним после обеда. «Интересно, что за место она решила выбрать, – размышлял он. – С большой вероятностью это будет какой-нибудь пятизвездочный отель. Главное, чтобы она не выбрала отель „Ланьху“».
