Джой проверяет меня. Я знаю, что проверяет. Это тест на преданность, который я опять прошла.
– Джой, хочешь пойти со мной сегодня на карусель? – спрашиваю я.
Теперь она жует супермедленно.
Мама листает телефон и бормочет «вот же вы уроды» каким-то незримым, далеким людям, так и не прикоснувшись к пирогу.
– Нет, спасибо, – говорит Джой. – Я слишком стара для этой фигни.
Я жую свою курицу так долго, что она теряет весь свой вкус. Я делаю это, чтобы занять рот, чтобы не ляпнуть что-нибудь колкое в ответ, например: «Но при этом ты не слишком стара, чтобы вечно сидеть дома без работы, бросив колледж и слишком боясь выйти на улицу?» Отвращение, что я испытываю к ней в этот миг, шокирует меня, ледяной водой обливает мою душу – я не привыкла к нему, и мне не нравится это чувство. Вторая ледяная волна, и мне становится стыдно.
Мы с Майклом переписываемся каждый вечер, хотя и не виделись с прошлого месяца – после того веганского мексиканского кафе. Эта встреча прошла не блестяще, но наша переписка превращает нас в подобие близких друзей. Я не знаю, как это объяснить. Ощущение, будто в сообщениях я становлюсь лучшим человеком.
Я добавила несколько страниц в свой дневник, больше фактов о Майкле, но есть несколько и о Джошуа. Майкл никогда не говорит о случившемся с ним прямо. Он ни разу не сказал: «Мой брат устроил массовую стрельбу и покончил с собой» или типа того. Вместо этого он говорит о нем вскользь. Изредка упоминает. Так что у меня есть несколько случайных записей вроде:
Я взяла за правило прятать дневник под матрасом, потому что, честно говоря, я знаю, как странно это выглядит, и мне заранее стыдно. Кое-что я не записываю туда, например то, что Майкл, как и я, пансексуален и что иногда я задумываюсь, не переходят ли наши шутки в нечто большее. Где заканчивается дружелюбие и начинается флирт? Я никогда не могла это понять. Уже бывало такое, что мои намерения неверно истолковывали. Поэтому я не добавила в дневник еще одну запись: я соврала Майклу и сказала, что мы с Адрианом поддерживаем отношения на расстоянии, – просто чтобы упростить ситуацию. Чтобы Майкл не подумал, будто между нами что-то может быть.
«Ага, то же самое», – ответил он.
Этот ответ так ошеломил меня, что я пару секунд тупо смотрела в экран, прежде чем напечатать сообщение:
