Он ждет, пока я поднимусь по лестнице и зайду в дом, и только затем уезжает. Мама однажды сказала, что это признак хорошего друга – он никогда не уйдет, не убедившись, что ты в безопасности.
Я просыпаюсь, надеваю рождественское платье и подкрашиваю губы красным. Это утро Рождества, когда миру положено сиять. Все детали уже на местах: Элвис напевает из колонок, мама включила обогреватель в гостиной, а в воздухе витает аромат блинчиков. (Мама готовит раз в году: только сегодня.) Но когда я отдергиваю штору с узором пейсли и выглядываю наружу, мир выглядит как вчера: дождливый и сонный. Какая-то женщина болтает по телефону, выгуливая собаку, другая в заклеенном скотчем пончо толкает тележку с бутылками, а потом принимается копаться в мусорном контейнере у обочины. Куда она идет, что празднует? Почему я здесь, а она там? В памяти всплывает фотография Шандры Пенски, а затем, со вспышкой боли, – ее скорбящая семья. Мать Майкла Ли, Брэнди, потерявшая сына в этом году. Иногда меня изумляет, что мы продолжаем веселиться, невзирая на бесконечно происходящие трагедии. Как мы смеем? Однако… что еще нам остается?
Я делаю селфи и нажимаю «Отправить».
«Веселого Рождества, если вы празднуете, – пишу я Майклу. – А если нет… то просто веселого обычного дня!»
«Ты очаровательна, – пишет он в ответ. – Спасибо! То что нужно!»
В ответ он делает селфи со своей собакой. Джекпот. Я увеличиваю задний план, надеясь разглядеть книги на полке в поисках… наверное, подсказок? Но я не могу прочитать корешки. Я замечаю фотографию, кажется, детская фотография Майкла и Джошуа.
Я звоню Зои по «Фейстайм». Она на Гавайях вместе с семьей, это их ежегодные рождественские каникулы. Они все пьют «мимозу» и шумно играют в «Монополию». Зои и ее братья одеты в одинаковые рождественские свитера, что одновременно мило и немного тревожно. Она разворачивает меня к своей семье, я здороваюсь с ними, а потом Зои уходит в свою комнату. Она живет тут уже три дня, и комната завалена кучей одежды, огромными пакетами с покупками, а на полу лежит непонятное гигантское чучело кенгуру, опутанное гирляндами. Разговаривая со мной, Зои так бурно жестикулирует, что ее «мимоза» проливается. Она этого даже не замечает.
– А еще от него странно пахло, – продолжает она объяснять, почему рассталась с тем парнем, которого представляла на прошлом звонке. – Как от перезрелого банана. И он никогда не слушал, даже если казалось, что слушает. Не знаю, как объяснить.
Хотя Зои может начать встречаться практически с кем угодно, она быстро находит миллион и одну причину, почему эти отношения ей не подходят. Так что, думаю, в конечном счете она все-таки довольно разборчива. Мне приносит облегчение мысль, что, несмотря на тысячи миль между нами, несмотря на ее модный колледж, она совсем не изменилась.
– А что насчет тебя, маленькая шалунья? – говорит она. – Только взгляни на себя: вся такая сексуальная и праздничная!
– Эм, спасибо, что ли?
– Как семья?
– О, они в порядке. Джой…
– Я должна признаться. Я просто фанатею от твоей мамы. Она рассказала тебе о нашем интервью?
– Нет, – произношу я так медленно, что слово кажется многосложным.
– Я буду писать о ней статью для курса журналистики! Хочу рассказать о пересечении феминизма и культуры борьбы с оружием. Думаю продать статью «Сучке».
– Сучке? – переспрашиваю я.
– Это журнал такой.
– А.
– Разве не круто?
– Реально, – говорю я, продолжая улыбаться, хотя внутри я кричу.
– Кстати, ты говорила с Адрианом?
– Еще нет, – говорю я, радуясь смене темы. – Мы переписывались, но… Я еще не видела их.
«Если опустить тот момент, что я сбежала от них на карусели», – думаю я.
– Ну, кажется, они устраивают новогоднюю вечеринку и приглашали нас. Вроде как они присматривают за домом. Но точно я не знаю. Это может быть весело. Своеобразная встреча выпускников.
– Звучит интересно, – говорю я.
В комнату врывается один из братьев Зои и кричит:
– Все же ждут!
– Фу, ты что, только что пернул в моей комнате?
Он смеется.
– Это обонятельное насилие! – говорит она и снова поворачивается ко мне. – Завидую, что у тебя только одна сестра, а не два вонючих брата. ДА ИДУ Я, ИДУ! – кричит она в сторону. – Ладненько, передавай маме привет и скажи, что я ее главная фанатка! С Рождеством!
– С Рождеством! – говорю я, но она уже отключилась.
