Игнатов обернулся, кивнул, оценив позицию напарника. Он бросился вперед, но нога соскользнула на покрытом мхом камне, и он упал. Вскочив, дал очередь и снова бросился в сторону Когана. И когда ему оставалась всего пара шагов, чтобы прыгнуть в естественный каменный окопчик, перед ним неожиданно выросли два десантника. Палец нажал на спусковой крючок, но выстрелов не последовало. И этот магазин закончился. Последовала короткая очередь, и Игнатов почувствовал удар в грудь. Он зарычал от бешенства и попытался шагнуть назад, но нога не ощутила опоры, и он полетел вниз.
Коган, стреляя в другую сторону, поздно заметил двух немцев. Он только понял, что Игнатов валится на него, увидел двух немцев, и тут же тяжелое тело товарища оглушило его, придавив к камням. Из последних сил Борис поднял автомат, выставив ствол над бруствером. Ведя стволом в том направлении, где он видел немцев, Коган разрядил магазин и стал пытаться стащить с себя тело Игнатова. «Попал или не попал?» – лихорадочно думал он. И никак не мог справиться с телом участкового. Еще секунда, появится какой-то немец, и тогда конец. А сил нет уже!
И тут сверху рухнуло еще одно тело, придавив ноги. Это был убитый десантник, которого достала автоматная очередь Когана. Борис застонал от боли, но его глаза наткнулись на две гранаты с длинными ручками, торчавшими из-под ремня убитого немца. Он дотянулся, скрипя зубами, чувствуя, как от напряжения трещат его мышцы. Коган выдернул одну гранату, вторую и тут же стал отвинчивать колпачки на рукоятках, где находился шнурок запала. Бросок наверх, на камни! Вторая граната – и еще один бросок. И сразу один за другим раздались два взрыва. На голову, в лицо полетели мелкие камни; земля, вырванная с корнем; обгорелая трава. Оглушенный, полузадохнувшийся Коган еле шевелился, придавленный двумя телами.
Шелестов видел, как отстреливаются и отходят Коган и Игнатов, их почти окружили десантники, но ребята держались. Максима очень беспокоило, что молчит Буторин. Он бросился вперед, чтобы добраться до того места, где еще недавно стрелял Виктор. Казалось, что немцы уже окружили. Но сейчас это уже не особенно беспокоило Шелестова. Главное, дать возможность сделать свое дело Белецкому, а остальное не важно. Возможно, он даже погибнет, но надо продержаться как можно дольше. Белецкому тоже не просто подобраться к немецкой подводной лодке.
И Максим крутился как уж на сковородке, стреляя то в одну сторону, то в другую. Он делал неожиданные и непредсказуемые перебежки среди камней и продолжал стрелять. Дважды его чудом миновали осколки брошенных немцами гранат. Спасало лишь то, что вокруг были камни, скалы, которые зачастую спасали от осколков близко разрывающихся гранат. В голове гудело, глаза слезились от пыли и пороховых газов, першило в горле. Но силы еще были, и каким-то чудом Шелестов еще бегал и стрелял. Он боялся, что сейчас закончатся патроны в последнем магазине.
И они закончились. Автомат замолчал в самый неподходящий момент, и Шелестов с яростью швырнул его в подбегавшего немца. Фашист от неожиданности остановился, отбив летевшее в него оружие стволом своего автомата. И тогда Максим бросился на немца, схватив его за руки, и подсечкой свалил его на камни. От неожиданности немец выпустил оружие, и Шелестов, схватив первый попавшийся камень, ударил им противника в лицо. Он бил и бил кричавшего и хрипевшего немца в лицо, потому что его голова была защищена каской. И когда немец затих, он схватил валявшийся автомат и очередью свалил нового врага.
Шелестов сидел, с трудом переводя дыхание. Его руки были забрызганы кровью убитого немца, и от нее в руках скользило оружие. Максим старательно стал вытирать руки о свои штаны. «Все, – билась в голове лихорадочная мысль, – все. Ребят нет, не стреляют, я остался один. Белецкий, давай, дружок, сделай свое дело! И мне совсем немного осталось». Пули ударились в камни возле него, и Шелестов опрокинулся на спину, упав между камней.
А Белецкий, мокрый от пота, все греб и греб на своей лодке, стараясь подобраться как можно ближе к немцам. Он знал, что у него будет только одна попытка произвести на подлодке взрыв. Он слышал страшную стрельбу на берегу и догадался, что там появилась еще одна группа немцев, которая пришла принять лодку и которая должна была охранять эту временную базу. У немцев были все преимущества. У них была 20-мм пушка на борту, у них было численное превосходство. И они не боялись шуметь, потому что на сотни и тысячи километров вокруг не было ни людей, ни жилья. Да и редкий самолет, если пролетит, на таком расстоянии не заметит ничего, даже взрыва самой подлодки. И корабль в километре не увидит происходящего на этом берегу и не услышит стрельбы и взрывов.
