– Дав согласие прикрыться личиной Эксцентрика, я внезапно обрел свободу, доступную лишь немногим кораблям, – свободу воплощать в жизнь любые свои прихоти, капризы, желания и мечты. – Он изогнул бровь. – Ну, теоретически мы все на это способны, однако Разумы обладают и высокоразвитым чувством долга, и совестью. Я притворялся весьма эксцентричным, хотя особой эксцентричности себе не позволял, понимая, что в действительности на меня возложена огромная военная ответственность; вдобавок я хорошо сознавал, что эта показная, а на деле незначительная эксцентричность упрочает мою репутацию непостижимого Эксцентрика. Глядя на меня, мои собратья полагали, что время от времени тоже способны на такое поведение, а моя постоянная, вызывающая эксцентричность лишь доказывает мою глубинную странность. Никто и не подозревал, что все свои выходки я совершал с чистой совестью, ради высокой цели, извиняющей и чрезмерное фиглярство, и все возрастающую одержимость. – Аватар скрестил руки на груди. – Несомненно, я не ожидал, что мои невинные забавы станут предметом постоянных обсуждений на протяжении сорока лет, а когда сообразил, что этого не избежать, то сделал их неотъемлемой частью своей эксцентричности. Вскоре после своего притворного ухода в себя я пригласил на борт Даджейль – единственного человека, в чьей жизни оставалась неразрешенная проблема, к возникновению которой я был причастен. Остальные заботили меня в меньшей мере – я не был за них в ответе, их жизни складывались должным образом, а их дальнейшие судьбы не представляли для меня интереса и со временем забывались. А ответственность за судьбу Даджейль легла на меня. – Аватар пожал плечами. – Я надеялся, что Даджейль прислушается к моим советам, примирится с произошедшим и жизнь ее пойдет своим чередом. Рождение ребенка стало бы признаком ее выздоровления, положило бы конец ее страданиям. – Он отвернулся, мельком глянул на море и поморщился. – Я думал, это будет несложно. – Он перевел взгляд на Генар-Хофена. – Я привык к своей власти, к безграничному влиянию на людей, на своих собратьев, на события. Роды вызвать легче легкого – можно было дождаться, когда Даджейль уснет, и с помощью эффектора возбудить химические процессы в ее организме, чтобы, проснувшись, она разрешилась от бремени; вдобавок я целиком полагался на свою способность уговаривать, урезонивать и взывать к высоким чувствам и решился бы даже на эмоциональный шантаж, считая, что покорить волю Даджейль ничуть не труднее, чем заставить ее организм повиноваться моим технологиям. – Он удрученно помотал головой. – Увы, она оказалась непоколебима. Я надеялся поразить или даже пристыдить ее проявлениями моей всеобъемлющей заботы, и потому в точности воссоздал привычное ей окружение… – Аватар обвел взором скалы, солончаки, башню, галечный пляж и морскую гладь. – Ради нее всю свою внешнюю оболочку я превратил в орбиталище, давшее приют ее любимым существам. – Он дернул головой вбок и усмехнулся. – Безусловно, демонстративное сочувствие страданиям Даджейль стало прекрасным прикрытием для других моих целей, однако же с самого начала я стремился исключительно к тому, чтобы создать для нее удобное, безопасное место, где она могла бы счастливо и спокойно жить и воспитывать ребенка, окруженная моей заботой и всяческим вниманием. – Аватар грустно улыбнулся. – Но я снова ошибся, – признал он. – Обе мои ошибки глубоко ранили Даджейль. Ты – мой последний шанс все исправить.
– И что я должен сделать?
– Да просто поговори с ней! – вскричал аватар, простирая руки.
Это движение внезапно напомнило Генар-Хофену об Ульвер.
– А если я откажусь? – спросил он.
– Тогда тебе придется разделить мою судьбу, – небрежно ответил представитель корабля. – Как бы то ни было, тут ты просидишь до тех пор, пока не согласишься встретиться с Даджейль. И даже если она покинет корабль, то ради вашего свидания я буду готов ее вернуть.
– И какая судьба тебя ждет?
– Смерть, наверное, – беззаботно пожал плечами аватар.
– А по какому праву ты мне угрожаешь? – насмешливо осведомился Генар-Хофен, надеясь не выдать голосом своего беспокойства.
– Угрожаю, и все тут, – ответил аватар, на миг склонившись к нему. – Разумеется, я не настолько эксцентричен, но, сам понимаешь, лишь тот, кто в известной мере предрасположен к эксцентричности, сумел бы сорок лет по доброй воле притворяться Эксцентриком. – Он снова выпрямился. – Близ Эспери зафиксирована беспрецедентная Эксцессия, которая способна открыть нам путь в безграничное множество вселенных, одарить властью на порядки большей, чем доступна любому из Вовлеченных. Методы ОО тебе известны; ты и сам понимаешь, что Разумы при необходимости будут действовать жестко, а в деле такой важности любой корабль, не задумываясь, принесет в жертву сознание другого. Я располагаю сведениями, что несколько Разумов уже пали жертвами заговора; то, что под удар поставлены интеллекты такого масштаба, ясно показывает, как мало значит в данном случае жизнь одного-единственного человека.
