Чувство, что он испытывал к ней, похоже на раскалённое железо, стекающее по рёбрам, обдающее пламенем внутренности. Сначала больно, но потом, как застынет, охлаждаясь, дарит знание – внутри доспехи прочнейшего металла, непробиваемый панцирь, защищающий подёргивающееся ритмами жизни сердце.
И пока он смотрел на полукровку, растворившись в этой неге, он не замечал, как толпа вокруг него вдруг расступилась, открывая ему дорогу. С таким почтением на лицах, как будто он один из... этих.
Свиты ярлов.
Или кто похуже.
Они также расступались перед Тородом этим вечером. Но в глазах их было ещё что-то...
«Блядь. Даже не думай».
Он никогда не мечтал о власти или чём-нибудь подобном. Знал своё место. Второй сын ярла.
Брат, муж, хэрсир. Воин.
Но никак не ярл.
А эти дурни слишком часто слышали россказни о потомке Эйнара, что принесёт им победу. И им стал не Тород.
Предатель, что служил Империи, обрёл наследие короля. Сражался за Темпраст. Позволил другим поверить, что он – сраный лучик света в царстве зла, которое исходило на Недх столетиями.
Король Недха по праву рождения.
«Да ну нахуй».
Он метнулся к полукровке, мало озабоченный тем, что та не закончила свой монолог. Взвалил к себе на плечо, ухватившись под ягодицы, и понёс прочь. Что, собственно, и мечтал сделать каждый раз, когда её окружали другие люди, но это было бы верхом наглости... раньше.
Они завтра сдохнут, поэтому плевать он хотел, что осиянный командир Хеля теперь висела у него на плече и не особо возражала этому спонтанному похищению, пока их провожали десятки ошарашенных взглядов. Кажется, она даже была рада, тихонько посмеиваясь ему в затылок, шутливо барабаня пальцами его спину.
«Безумная девка...»
Лагерь заканчивался у глубокого оврага, заросшего чахлым кустарником. Чугун неба наваливался на горные вершины в долине, скрадывая их белизну. Должно быть, при свете звёзд они сверкали тысячами алмазов. Но, увы, тяжёлый небосвод затянули плотные облака, жаля кожу снегопадом.
Первое, что он отметил, поставив её на ноги – румянец на щеках.
Ток её крови.
Огонь дыхания.
– Ты командуешь левым флангом? – пробормотал он ей на ухо, отстраняясь. – Вроде кавалерии, что придёт на помощь в последний момент?
– Ага.
– Неплохо ты, знаешь, поднялась. Из оборванки-кернички в хэрсира Хеля.
– Дружба с ярлом помогла.
– Только ли дружба? – глумливо вытянул он.
– Думаешь, это смешно? – прищурилась полукровка.
– Гомерически.
Она закатила глаза.
– Как у тебя только сил хватает на остроты?
– А что, нам всем за ручки взяться и плакать теперь?
Полукровка выпуталась из его объятия, и Конор не стал её останавливать. Напротив, он отошёл, заинтересованно осматривая её, пока губы шептали лесть:
– Хальдор не дал бы тебе звание по знакомству. Он дал тебе его, потому что у тебя яйца больше, чем у всех его солдат и его самого, – он прочистил горло, решив перейти к сути. – Ты мне заявляла, что устала от всего этого. Что мы тогда тут делаем?
Она посмотрела на него так, будто он ляпнул какую-то ерунду.
– Я керничка. Мой долг – оберегать младший народ.
– От которого ничего не осталось?
– В сложившейся ситуации северяне есть младший народ, – приподняла брови полукровка, глянув в сторону лагеря. – Страдающий от гнёта превосходящей их силы. Они могут называть меня как угодно, но я Страж.
– Ловко выкрутилась, – оценил Конор и снова приблизился к ней.
Протянув руку, он распустил её волосы, чтобы снежинкам было легче в них запутаться. Змея прикрыла глаза, будто млела.
Как и он.
Всё ещё не до конца осознавая, как можно хотеть быть с ней так сильно, врастая плотью в это с сумасшедшее чувство.
Ненависть пожирала всё его существование, заставляя вечно искать битвы. Мир отринул его и растоптал, как нечто незначительное, чего у него было в избытке. Он и впрямь считал себя демоном во плоти.
Пока одна женщина не посмотрела на него как на человека, ни лучше и ни хуже прочих. Она глядела на него так и теперь, даже после полного преображения.
Пустивший в его сердце корни демон ощущал себя человеком.
Человеком, который, однако, не хотел больше умирать, какую бы силу не обещали в обмен.
Эта мысль вернула его в реальность. Рука соскользнула с волос на плечо девчонки.
– Когда мы уходим?
– Уходим? – недоуменно переспросила она.
– Ты же не собираешься завтра сражаться?
– Собираюсь.
– Я – нет, – он встретил её взгляд, склонил голову к плечу и добавил: – Я ведь не дурак.
Она всё смотрела на него, не понимая. Действительно не понимая, потому что глаза скакали по его лицу, отыскивая смысл его слов. И не видели его в упор.
– Пока вы там сходились к Тороду в палатку, чтобы потрещать на бой грядущий, я твою кобылу снарядил золотом, – пояснил он, чуть раздражённый от того, что ему вообще пришлось что-то ей растолковывать. – Это те деньги, что отдал нам Логнар за участие в войне.
– Война не закончилась.
– Ты правда такая глупая или прикидываешься? – в поддельном неверии он качнул головой. – То, что я изменил к тебе своё отношение, не значит, что я поменялся полностью. Ты со мной или нет?
– Я хочу быть с тобой, но...
