А Эви всё смотрела, не в силах отвести глаз. Оглядев всех, она остановила взгляд на лице одного из эльксаримов. Это лицо, изначально привлёкшее её внимание тем, что на нём нельзя было увидеть глаз, принадлежало темноволосому подростку. Область его глаз оказалась плотно закрыта металлической маской с узким экраном, который светился ровным малиновым светом. За ним ничего нельзя было разглядеть, и от этого взгляд эльксарима в маске казался Эви ещё более таинственным, чем у других. Этот взгляд притягивал, словно магнитом, а всё тело оставляло просто фантасмагорическое впечатление природно-техногенного симбиоза, ещё более выраженное, чем у других эльксаримов. То ли в этом виноваты были спадавшие по сторонам от его головы провода, то ли маска, то ли непонятного назначения обод, снабжённый крошечной лампочкой, на его шее… Эви вдруг так захотелось подойти, прикоснуться… обнять!..
Ошеломлённая, она стояла перед отрядом эльксаримов, забыв обо всём и обо всех вокруг. Наконец, с трудом оторвав взгляд от эльксарима в маске, она глубоко вздохнула и попыталась отвлечься. «Наваждение какое-то… – подумала юная панта. – Что они со мной сделали?! Я не видела, чтобы этот старик или полуроботы делали что-то… Они просто стоят и смотрят… Что это – гипноз? Чёрта с два, существует такой гипноз, который пробил бы мою ментальную блокаду. Тогда что?! Это мои собственные чувства?! Как я могла почувствовать такое?! Это же убийцы!.. Что ещё за неуместное восхищение?! И что не так с этим «маской», почему я так его… хочу?! Чушь какая, прости, Господи!» Она снова вздохнула, закрыла глаза и ощутила, как колотится в груди сердце, как запотевшая майка липнет к уставшему от сражения телу, как назойливо жжёт в левом плече… «Боже! Никак не могу прийти в себя…» – обречённо подумала девочка. Тело всё ещё плохо слушалось, к тому же, она просто не знала, что теперь следует делать… Ну не обниматься же с ними в самом деле! Но тогда – нападать?.. Или ждать?.. Чего?!
Один из мальчишек-пант, по-видимому, вырвался из оцепенения чуть раньше. Не решившись всё-таки атаковать эльксаримов, он бросился было на старика в халате. Но тут же оказался остановлен на месте. Высокий эльксарим схватил его и удерживал неподвижным. Лёгкость, с которой он это сделал, поражала. Но ещё больше поражало, с какой
– Спасибо, Ульм, – заговорил вдруг старик. – Так, посмотрим, что имеем.
Он вынул что-то из кармана, подошёл к зафиксированному мальчику и, раздвинув ему пальцами веки, посветил в глаз миниатюрным фонариком. Панта даже не дёрнулся – так он был ошеломлён происходящим. Взглянув на крошечный экранчик прибора, старик как ни в чём не бывало подошёл к следующему ребёнку и повторил процедуру с ним. Ни один из пант не выказал сопротивления. То ли они всё ещё не обрели контроль над своими телами, то ли осознавали тщетность попыток противиться, увидев, что произошло с первым, то ли… просто не видели больше в этом необходимости. Когда старик подошёл к Эви, из коридора уже приближались чьи-то тяжёлые, гулкие шаги. Как и с остальными, старик посветил девочке в глаз фонариком, и та не нашла причин сопротивляться. Взглянул на экран прибора… и ей показалось, что лицо его переменилось на мгновение. Он снова перевёл взгляд на девочку, что была перед ним, а потом вдруг наклонился и шепнул ей на ухо всего одно слово.
– Беги.
«Что?!» Эви на мгновение усомнилась в том, что верно расслышала.
– Эрих, что у нас здесь происходит, можно узнать?! – прогремел властный и громкий голос из коридора.
По телу Эви пробежал холодок, она отступила на шаг, а потом, встрепенувшись, бросилась прочь из освещённого зала, оставив своих товарищей. Сердце гулко стучало у неё в висках, а ноги, казалось, двигались сами, стремясь унести её прочь из этого нереального места. С неё было полно мистерий.
