– Она взяла его?! Боже, я должен был его спрятать! Она же предупреждала меня! Какой же я разиня!.. – он вскочил со своего места и выбежал из кабинета. – Камеры наблюдения!..
Ворвавшись в штаб охраны в сопровождении всё того же ассистента, он быстро нашёл и просмотрел нужную запись.
– Она его взяла? – спросил ассистент.
– Она не просто его взяла, она приняла его… – лицо профессора скривилось. – Это было полчаса назад! Возможно, мы ещё успеем!
Убедившись, что панта покинула здание, Эрих бегом бросился обратно в кабинет генерала. Тот был уже у себя, инструктируя подчинённых.
– Мне нужен вертолёт, – с порога заявил Кастанеда. – Эви приняла эльксаген и сбежала. Мы должны найти её как можно скорее, пока ещё есть надежда!
– Кто такая Эви? – холодно переспросил генерал.
– Та панта, которую ты велел сегодня мутировать! Дай мне вертолёт, времени совсем мало!
– Не получишь.
– Что?! – Эрих остолбенел от неожиданности. – Ты только что говорил о «расходе материала» – а теперь?..
– Сколько прошло времени с того, как она приняла катализатор? – сухо произнёс генерал, не отрываясь от своих формуляров.
Профессор посмотрел на часы.
– Сорок минут.
– За сорок минут их уже рвёт. Смирись. Даже с вертолётом, ты её уже не оживишь. К тому же, вертолёта нет – улетел. Я отправил его.
– Ты лжёшь, – ответил Кастанеда. – Хочешь отыграться на мне – но она может быть ещё жива! Это был целый кристалл, он растворяется медленно. Через сорок минут её может только инициировать! Послушай же, у неё элькса-потенциал – сто тридцать два! Тебе не жалко?!
– А у того был – сто двадцать. И никакой выгоды в итоге, – отозвался генерал, не удостоив его даже взглядом. – Я тебе больше не доверяю, Кастанеда.
– Да когда ты мне доверял-то?! – вскричал Эрих, подняв руку и показав всем присутствующим приколотую на рукаве халата микрокамеру. – Когда ты мне доверял?! Мерзавец!
Он выбежал из кабинета, хлопнув дверью.
– Тело найти прикажи, – кинул генерал ему вслед.
Была глубокая ночь, но на гаттарийской военной базе не все ещё спали. Эрих сидел у главного входа, сгорбившись и обхватив голову руками.
– Профессор, идите спать. Уже три часа ночи, – заботливо произнёс ассистент.
– Три часа?.. Уже прошло столько времени… Мы опоздали. Она должна быть уже мертва. Это я виноват… Бедная девочка… Она добровольно пришла ко мне, а я… не уберёг… – всхлипывал Эрих.
– Ну не надо так убиваться, бывает ведь… – тщетно пытаясь поддержать профессора, бормотал ассистент.
Кастанеда откинулся на спинку сиденья и запрокинул голову.
– Бывает…
Он давно уже не стеснялся своих слёз.
Холодно…
Тишина.
Темнота.
Тихий плеск океанского прибоя где-то совсем рядом. Гул морских волн. Далёкие крики чаек. Тяжёлое тёмное небо в вышине. Запах солёной воды и леса. Спокойствие…
«Надо же. Действительно получилось. Слияние…»
Ощущение взаимодействия было полным и глубоко приятным. Спокойное величие природы будто проникало в каждую клеточку тела, и казалось, что просто не существуешь больше, а лишь являешься частью чего-то всеобъемлющего. Невыразимое, не сравнимое ни с чем ощущение незыблемости, умиротворённости и счастья.
