— Теперь понятно, — вспоминая свои ощущения, кивнула я.
— Так вот, именно здесь придумали вводить ночным воинам кровь другого клана.
— Чтобы усилить их способности?
— Именно так.
Я задумалась, пытаясь представить, как выглядел этот процесс, и чем вообще отличаются одни вампиры от других. Брин тем временем повернулся ко мне и тактично ждал, пока я вернусь в реальность. Мне стало интересно, для чего, и, плюнув на разыгравшуюся фантазию, я встретилась с волком взглядом.
— Если тебе действительно интересно, я мог бы…
— Провести экскурсию? — за него закончила я, сжала губы в нарочитой улыбке, — С чего вдруг?..
— Уна, послушай, я… не хочу, чтобы ты считала меня врагом, — мучительно морща лоб, начал Брин, — Да, я убежден, что мальчишка опасен, но это вовсе не значит, что я имею что-то против тебя.
— Для меня значит, — уверенно отрезала я, — Я почти уверена, что, если бы не Элгар, ты давно бы уже нашел способ от нас избавиться.
— Это не так. Пойми, я привык думать не только о своей безопасности… Я двадцать лет отвечал головой за жизнь Элгара. Позже — за всю страну. С приходом войны Грэг назначил меня своим заместителем… И за это время мне не раз приходилось принимать действительно сложные решения. Временами… противоречащие морали. Но нужные и единственно верные. Во имя спасения тысячи жизней… иногда приходится жертвовать одной, пусть даже невинной.
Слушая его, я лишь исступленно мотала головой, выражая крайнее несогласие с таким утверждением. Я допускала, что в словах Брина есть доля истины, но душа отказывалась признавать Хотара «необходимой жертвой». Обескураженная внутренним противоречием, я покинула площадку, так ничего волку и не ответив.
Уснуть получилось только под вечер. До того я пялилась в потолок и усиленно копалась в себе. И в итоге пришла к выводу, что мне плевать на домыслы малодушных зордов и мифическую угрозу. Иными словами — сердце одержало победу над разумом.
Дождь, моросящий весь день, напитал воздух влагой, и ночь выдалась прохладной. Цокот копыт по мостовой слился в единый утомительный шум. Я сильно не выспалась, и он сводил меня с ума, в сочетании с напряженным молчанием зордов. Мятежники затихли в дурном предчувствии. Неизвестность, ожидающая нас впереди, заставила нервничать даже бесстрашного капитана. Дэрэк был непривычно хмур и глубоко задумчив. Элгар ехал впереди, и мне не было видно, волнуется ли он. Но, пока мы шествовали по городу, принц разглядывал разрушенные дома и почерневшие памятники, предаваясь ностальгии, а это, вероятно, означало, что прошлое сейчас волнует Элгара гораздо больше, чем будущее. Хотар не вертелся, не ерзал и вообще затаился, наверное, чувствуя мое отнюдь не радужное настроение. Лишь время от времени он украдкой косился по сторонам, не в силах до конца обуздать свое любопытство.
