Вместо поврежденной стены появилась широкая и массивная мраморная плита, прямоугольная, достигающая потолка и простирающаяся до самого пола. Ее цвет напоминал кобальт. Гладкую поверхность извилистыми змейками покрывали черно-серые прорехи. И три имени золотом были выгравированы на самом верху. Кристина Романова. Ян Дэвис. Луис Сильва. Я поморщилась и сделала шаг назад. Список. Список потерь, который будет только пополняться.
– Три штаба – Восточный, Западный и Центральный – соблюдали траур всю прошлую неделю. Мы оплакивали потерю. – Спина Каллума держалась ровно, ладони не сжимались в кулаки, но голос был натянут, как струна. – Теперь все изменилось, Элли.
– Что именно? – Я стояла позади.
– То нападение было лишь началом, – сказал он, и я тоже выпрямила спину. – Оно доказало, что фантомы умнее, чем мы думали. Они обошли наши радары и узнали о местоположении лаборатории. Их атака на оба выхода была четко спланирована.
– Но почему?
– Они вернулись за телами сородичей. – Каллум говорил спокойно, но я знала, что он не сводит глаза с имен членов своего отряда. – Их атака была местью за смерть других фантомов. Они отомстили и не позволили ученым изучить тела. Они намеренно не дали нам узнать о себе больше.
– Значит, – мое сердце забилось быстрее, и я не смогла выдохнуть, – фантомы на шаг впереди.
– Да.
Каллум обернулся. На фоне массивной темно-синей плиты, под золотистыми именами его друзей, его глаза горели воинственно и непоколебимо. Спокойный взгляд был полон решимости.
– Хочешь отомстить им? – спросила я.
– А я считал, что ты против мести.
– Мстить я не собираюсь, Каллум. – Я подняла глаза на имена наемников, пожертвовавших собой ради… одного бойца. – Я хочу остановить фантомов.
Каллум пристально посмотрел на меня, словно заглядывая в самое сердце. Затем он плавно приблизился, как пантера, опустил голову, и мне пришлось поднять подбородок.
– Готова сделать для этого все возможное?
– Погибну сама, но тварей истреблю.
– Тогда сделаем это вместе, – предложил он.
– Истребим?
– Уничтожим.
Я хмыкнула.
– Сотрем с лица земли?
Каллум едва улыбнулся, его глаза хищно сверкнули.
– Сотрем. В пыль.
И тогда я дала себе второе обещание. Кто бы ни стал частью моего будущего отряда, я не потеряю ни одного из своих товарищей. Мой отряд не пройдет через такое. И Каллум больше не будет это переживать. Уж я-то об этом позабочусь.
Через день с меня сняли гипс. И еще через пару дней я уже могла передвигаться как прежде. Всего нескольких часов реабилитационных упражнений оказалось достаточно. Тогда-то я впервые и осознала прелесть бойцовской силы. Все мои порезы исчезли, не оставив после себя и следа. Боли в спине и трещины в костях не беспокоили. Так что мои усердные тренировки почти сразу возобновились.
По утрам, когда небо розовело, а бриллиантовые звезды бледнели, Каллум встречал меня в пустом спортивном зале. И учил. Настойчиво, немногословно. На рассвете каждого дня он протягивал мне новое тренировочное оружие и наблюдал, как я с ним управлялась. Каллум был убежден и часто повторял, когда оружие вылетало из моих неопытных рук, что это не я ищу свое идеальное орудие, а оно должно позволить мне обуздать его. Разрешить стать своим напарником на поле боя.
Однако раз за разом меня ожидал сплошной провал. Отдача огнестрельного ружья выбивала землю из-под ног, боевые топоры вылетали из рук, стоило мне только швырнуть их в мишень. Остроконечные мечи разной ширины, катаны различной длины и мачете оставляли порезы не на манекенах, а на моем собственном теле. Когда дело доходило до стрельбы из модернизированного лука, то… эм, скажем так, меткость – не мой конек. Иной раз Каллум отбирал у меня оружие до того, как я успевала навредить себе или ему. И мы переходили к рукопашному бою. Ведь именно так бойцы и способны одолеть фантомов, а все остальное – это лишь поддержка. Помощь на пути к успеху.
Впрочем, после моего восстановления выявилась новая проблема. Мне предстояло обучиться самому очевидному. Да, во мне официально проснулся боец, мелкие ранки теперь заживали со звериной скоростью, и перспектива мира изменила свой облик. До моих ушей теперь доносились низкие частоты, а глаза, если того желали, подмечали незримые детали самого далекого пейзажа. Но все оказалось не так просто, как хотелось бы. Я не имела ни малейшего понятия, как активировать эту силу. Как сделать так, чтобы мое тело обдало жаром и чтобы в одном лишь кулаке сосредоточилась десятикратная сила.
– Закрой глаза, – тихо говорил Каллум, обходя вокруг меня словно хищник. – Найди в себе искру.
– У меня не такое хорошее воображение, – буркнула я в ответ.
– Не воображай и не думай, – строго отрезал Каллум где-то позади. – Найди.
В первый день у меня ничего не вышло. Каллум внезапно атаковал, как сделал бы это фантом, и снес меня с ног, выбив из легких весь кислород. Этот боец меня совсем не жалел. И, если честно, я была благодарна ему за это.
– Хочешь передохнуть? – Лицо Каллума нависло над моим, в глазах на секунду промелькнула тревога, которую я все же успела заметить.