— Может, они так каждый год говорят, чтобы результаты были повыше? — шутит Таниэль, отчего я не могу сдержать улыбки.
— Тишина! — её звонкий голос прерывает наши шумные переговоры. — И ещё одно: результаты будут объявлены сегодня. Поэтому после экзамена у вас будет пара часов отдохнуть и насладиться последними мгновениями в Нижнем Прайме. Потратьте их с пользой, ведь уже с завтрашнего дня ваша жизнь кардинально изменится! Всем удачи! — заключает она.
Ребята начинают неторопливо двигаться по направлению к главному залу, а меня начинает трясти, и я, как вкопанная, замираю на месте, не в силах даже пошевелиться. Таниэль крепко обнимает меня, заключая в свои объятия, и шепчет, чтобы я успокоилась и взяла себя в руки.
— Кира, это всего лишь тест! Он ничего не изменит! — добавляет он в надежде успокоить меня.
— Тани, я не экзаменов боюсь, — говорю я сдавленно, пока все проходят мимо нас. — А того, что будет дальше.
— Сколько раз я должен повторить, что не покину тебя? — говорит он уверенно, смотря в мои глаза. — Чтобы ни случилось, я буду рядом. Что угодно! Ты слышишь меня?
— Ты обещаешь? — погружаюсь я в его изумрудные глаза.
— Обещаю! Всегда! Что мне сказать или сделать, чтобы тебе стало легче? — хмурит он свой лоб.
— Я сдам экзамен? — не удерживаюсь я, проигрывая своей совести.
— Если успокоишься и придёшь в себя, то да, — потирает переносицу он.
Я выдыхаю, а Таниэль берёт мое лицо в свои ладони и шепчет мне, что всё будет хорошо.
— Ты должна сейчас думать только о тесте, а не о том, что будет дальше. Я буду с тобой, несмотря ни на что! Тест, Кира! Ты поняла меня? — наставляет он напоследок и кивает в сторону входа, когда двор уже почти опустел.
И у него получается. Теперь моя паника трансформируется в переживания о том, что я попросту завалю экзамен, ведь я боюсь, что он мне соврал, чтобы успокоить. Всевышние Боги! Я — ходячая девочка-катастрофа! Когда решается одна проблема, по поводу которой все истерики исчерпали себя, я что делаю? Правильно! Нахожу другую! «Надо успокоиться и выдохнуть», «Это всего лишь тест, он ничего не поменяет», «Таниэль всегда будет рядом», — я раз за разом повторяю эти фразы, пока их смысл не отпечатывается у меня в голове. Я всё знаю, просто не могу не знать. Я столько лет штудировала учебники и углубляла свои знания, что просто-напросто будет интересно посмотреть на тот вопрос, который я могу не знать в Нижнем Прайме. Сейчас надо пройти через экзамен, а потом, когда я услышу свой приговор, я могу все выходные рыдать в подушку, оплакивая своё будущее. Но сейчас я должна быть здесь. Только в настоящем! Здесь!
Нас всех рассаживают за миниатюрные дубовые столики по одному. Во главе аудитории возвышается массивный деревянный стол, на котором стоят два небольших гладких сферических шара: с мягким бело-розоватым туманом в одном и абсолютная прозрачность в другом. «Скорее всего, это шар правды и шар магии», — догадываюсь я. Если я правильно помню, то дымка в каждом из шаров будет менять свой цвет, если кто-то потревожит их покой. Если шар магии достаточно распространён, и многие используют его в качестве домашнего оберега, а вот шар правды — крайне редкая и ценная вещь, и вживую мне его ещё не доводилось видеть. При таких весьма простых по действию артефактах не нужны толпы смотрящих: они оба могут охватить достаточное количество пространства и учеников, определяя их возможные хитрости.
Нам раздают листы бумаги и ручки, а крохотная женщина, похожая на гнома, рассказывает основные правила. В нашем распоряжении два с половиной часа, чтобы решить первую часть теста. Ответов может быть как несколько, так и всего один, а где-то его может не быть вовсе.
— Никаких правил для этой части теста нет, — пищит она своим тонюсеньким голосочком, — кроме одного: ответ должен быть, и не важно, вписали ли вы его сами или обвели уже имеющиеся варианты.
Что касаемо второй части теста, нужно поднять руку, к тебе подойдут и поменяют задание. На вторую часть даётся всего полчаса.
— Кто закончит раньше, может проходить на следующую практическую часть. Но! — поднимает она палец вверх. — Если по какой-то причине вы не укладываетесь в тридцать минут, что также бывает, вам придётся задержаться до тех пор, пока вопросы не исчерпают сами себя. Таков порядок.
Это становится интересно…
Нам разрешают начать, и воцаряется гробовая тишина, разрываемая громким перелистыванием первой страницы.
Передо мной десять листов бумаги, исписанных вопросами с обеих сторон. Внушительно. Я быстро пробегаю их глазами и понимаю, что тут крайне широкий спектр обхватываемых тем по всем кланам и кастам, причём к концу вопросы становятся ещё серьёзнее. К счастью, мне некуда было углубляться, поэтому я знаю ответы почти на всё. Я медленно отвечаю на вопрос за вопросом, откладывая решённые листы в сторону. Сказать по правде, поначалу меня пугали задания, где не было ни одного правильного варианта ответа, и приходилось вписывать самой. Это что-то вроде: «докажи, что ты умнее нас и не прогадай, дружище», но постепенно я привыкла и к этому.
