Эмпат полностью

Алекс медленно, с преувеличенной осторожностью, словно приближаясь к раненому зверю, опустился на корточки на расстоянии вытянутой руки от Лоры. Черный мох «Теневой Плащ» подался под его весом мягко, почти беззвучно, как поглощая шаг призрака. Он почувствовал слабый, едва уловимый трепет земли под собой – не мощная пульсация Родника, а нечто иное, словно сам Сад был гигантским, дремлющим существом, приоткрывшим один глаз, чтобы наблюдать за разворачивающейся драмой. Пепел, которого Алекс осторожно поставил на мох рядом, жалобно заскулил, тычась влажным носом в его колено, всем существом улавливая вибрации напряжения и боли, витавшие в воздухе.

-- Меня зовут Алекс, — произнес он просто. Произнести имя здесь, в этом месте силы древнего хаоса, было актом почти святотатства, вызовом самой его сути Аватара. Оно прозвучало нелепо человечно, хрупко. — А этот комочек страха и доверия – Пепел. Он… напоминает мне, что даже в пепле может тлеть уголек. Который, возможно, не стоит гасить. — Он провел окровавленной (от его собственного перенапряжения) рукой по теплой, дрожащей шерстке щенка, ища в этом прикосновении опору, напоминание о чем-то неискаженном.

Лора сглотнула комок в горле, движение мускулов под кожей шеи было мучительным.
-- Л… Лора, — прошептала она, голос сорвался на второй слог, превратив имя в стон. — Я… сорвалась. В темноте. Провал… А там… светилось. Так красиво… Как звезда… упавшая в грязь. — Слезы, горячие и соленые, снова потекли по ее грязным, исцарапанным щекам, смешиваясь с пылью веков. — Подумала… сокровище. Надежда… — Голос ее прервался, перешел в хрип. — Прикоснулась… и… оно вошло. Не свет. Нож. Из… раскаленного льда и… абсолютной тьмы. Разорвало… изнутри.