– Ой, мне так жаль! – покаянно отозвалась Энни. – Я вообще не думала об этом пироге с тех самых пор, как поставила его в духовку. Только за обедом у меня вдруг появилось инстинктивное ощущение, что на столе чего-то не хватает. Вообще-то, когда сегодня утром вы меня назначили главной по хозяйству, я твёрдо решила ничего не воображать и всецело сосредоточиться на реальности. И всё именно так и шло, пока я не поставила в духовку пирог. Тут-то меня и одолел соблазн представить себе, что я принцесса, заточённая в заколдованном замке, и вижу в окно, как скачет освободить меня прекрасный принц на угольно-чёрном коне. И я совсем забыла про пирог. И совсем не заметила, что накрахмалила платки. Просто во время глажки я пыталась придумать название новому острову, который мы с Дианой обнаружили выше по ручью. Он такой восхитительный, Марилла! На нём растут два клёна, с двух сторон его огибает ручей, и я решила, что это будет остров Виктории. Мы же с Дианой обнаружили его в день рождения королевы[27], и обе очень ей преданы. Но мне ужасно стыдно из-за пирога и носовых платков. Я сегодня больше, чем когда-либо, хотела быть очень хорошей. Ведь это юбилей! Марилла, вы помните, что произошло ровно год назад?
– Н-нет. Ничего на ум не приходит.
– Ох, Марилла! Это же тот самый день, когда я приехала в Зелёные Мансарды, и мне никогда его не забыть. Вам, конечно, он не кажется таким уж важным, но в моей жизни стал поворотным. Я здесь уже год, и я очень счастлива. Есть трудности, естественно, но их можно преодолеть. Вы не жалеете, что оставили меня, Марилла?
– Нет, не скажу, что жалею, – сдержанно проговорила та, хотя на самом деле уже не могла представить себе, как они жили до появления Энни в Зелёных Мансардах. – Нет, не жалею, – повторила она. – А теперь вот что, Энни. Если ты уже справилась с уроками, сбегай к миссис Барри и спроси у неё, не одолжит ли она мне выкройку фартука Дианы.
– Ой, уже слишком темно! – с опаской глянула на улицу Энни.
– Слишком темно? Сумерки ещё едва спустились. Ты же часто ходила туда и в полной темноте.
– Лучше завтра встану пораньше утром, на рассвете, сбегаю и принесу вам выкройку.
Энни явно беспокоила перспектива отправиться в путь прямо сейчас.
– И что ты на сей раз вбила себе в голову, Энни Ширли? – пристально посмотрела на неё Марилла. – Мне эта выкройка нужна сегодня. Я хочу вечером скроить тебе новый фартук. Будь умницей и отправляйся немедленно.
– Тогда мне придётся идти вокруг по дороге, – потянулась за шляпой Энни.
– Вокруг по дороге? Это же лишние полчаса. Зачем? – ещё больше изумилась Марилла.
– Но я не могу идти через Призрачный лес! – выкрикнула в отчаянии Энни.
Сбитая с толку Марилла уставилась на неё.
– Призрачный лес? Да ты в своём ли уме? Что это за Призрачный лес?
– Еловый лес за ручьём, – трепещущим шёпотом пояснила девочка.
– Глупости. Призрачных лесов не бывает. Кто тебе рассказал подобную ерунду?
– Никто, – ответила Энни. – Мы просто с Дианой однажды представили, что в этом лесу обитают привидения. Все места здесь такие обычные, и мы с Дианой ещё в апреле придумали это ради интереса. Лес с привидениями – это же так романтично, Марилла! В еловой чаще так темно и мрачно! И мы с Дианой стали воображать, какие душераздирающие события могут там происходить. Едва сгущаются сумерки, возле ручья начинает бродить белая дама, стонет и заламывает руки. Когда кого-нибудь ждёт близкая смерть, дама стонет громче. А около Дикой Свободы прячется призрак ребёнка. Подойдёт к вам сзади, схватит своими холодными пальцами вашу руку вот так… – продемонстрировала Энни на собственной руке. – О Марилла, как подумаю, меня просто трясти начинает. Ещё по тропе расхаживает взад-вперёд мужчина без головы. А сквозь ветви елей злобно взирают скелеты. Нет, Марилла, я ни за что на свете теперь не пойду в темноте сквозь Призрачный лес. Уверена, что из-за деревьев ко мне обязательно потянется что-нибудь белое и утащит с собой.
– Да кто-нибудь слышал когда-то что-либо подобное? – произнесла наконец Марилла, слушавшая девочку в немом изумлении. – Не хочешь ли ты сказать, Энни Ширли, что веришь в ту дикую чушь, которую сама же придумала?
– Не совсем верю, – запинаясь, проговорила та. – Днём не верю, но с наступлением темноты – совсем другое дело. Это же время, когда царствуют призраки.
– Призраков не бывает, Энни.
– О нет, Марилла, бывают! – вскричала взволнованно Энни. – Я знаю людей, которые видели их, и это уважаемые люди. Чарли Слоан говорит, что его бабушка видела, как его дедушка гнал домой коров через год после своих похорон. А вы же знаете бабушку Чарли Слоана, Марилла, – она очень религиозная и ни за что не стала бы такое выдумывать. А отца миссис Томас однажды ночью преследовал огненный ягнёнок. Голова у него была почти отрезана и болталась на куске кожи. И отцу миссис Томас сразу стало понятно: это дух его покойного брата, который предупреждает, что он в течение десяти дней умрёт. Этого, правда, тогда не случилось, но через два года он всё-таки умер. Поневоле задумаешься. А Руби Гиллис сказала…
