– Я написала её в прошлый понедельник вечером, и называется она «Ревнивая соперница, или Их разлучит только смерть». Я прочитала Марилле. Она сказала, что это чушь и ерунда. Потом прочитала Мэттью. Он сказал, что всё нормально. Вот такая критика мне нравится. Это трогательная и грустная история. Я плакала, когда писала её. Мои героини – две прекрасные девы, Корделия Монморанси и Джералдина Сеймур. Они жили в одной и той же деревне и были очень друг к другу привязаны. Корделия – по-королевски величественная брюнетка с копной тёмных волос и жгучим, огненным взором. И столь же по-королевски величественная Джералдина, но с волосами, как золотая парча, и бархатистым взором лиловых глаз.
– Никогда не видела людей с лиловыми глазами, – Диану охватило сомнение в правдоподобности этого образа.
– Я тоже, – призналась Энни. – Просто представила себе. Хотелось чего-то из ряда вон выходящего и необычайного. У Джералдины также было алебастровое чело. Теперь я знаю, что такое алебастр. Одно из преимуществ тринадцатилетнего возраста: узнаёшь куда больше разного, чем знала в двенадцать.
– Ну и что же произошло с Корделией и Джералдиной? – заинтересовалась их судьбой Диана.
– До шестнадцати лет они росли бок о бок в счастье и красоте, а потом в их деревню приехал Бертрам де Вере и влюбился в красавицу Джералдину. Однажды лошадь, запряжённая в её карету, вдруг понесла, а он спас жизнь Джералдине. Она потеряла сознание в его объятиях, и он целых три мили нёс её домой на руках – ведь карета-то была вдребезги разбита. Но оказалось, что я не могу себе представить, как он делает ей предложение, потому что собственного опыта у меня пока нет. И я спросила у Руби Гиллис. Мне казалось, она должна знать – ведь у неё уже так много сестёр вышли замуж. Она мне рассказала, что однажды спряталась возле холла в кладовке и подслушала, как Малкольм Андрес делал предложение её сестре Сьюзен. Он первым делом сообщил, что его отец передал ему их ферму, а потом и спрашивает: «Как ты посмотришь, милая, если мы с тобой этой осенью образуем семью?» А Сьюзен ему ответила: «Да. Нет. Не знаю. Мне нужно сначала подумать». Вот так быстренько они и обручились. Но, по-моему, это было не очень романтичное предложение. Пришлось мне самой придумывать, как получится. И получилось очень красиво и поэтично. Бертрам встал на одно колено, – хоть Руби и говорит, что теперь это уже не принято. А Джералдина ответила ему длинной речью на целую страницу. Это мне очень трудно далось, Диана. Пять раз переписывала, но теперь считаю, что получился шедевр. Бертрам подарил Джералдине кольцо с бриллиантами и рубиновое ожерелье и сказал, что медовый месяц они проведут, путешествуя по Европе, он ведь был несметно богат. Но над их счастьем уже нависла чёрная тень. Корделию, едва узнала она о помолвке подруги с Бертрамом, обуяла скрытая ярость, ибо она сама была тайно в него влюблена. Её привязанность к Джералдине сменилась жгучей ненавистью, особенно после того, как она увидела ожерелье и кольцо. И Корделия поклялась себе, что Джералдина никогда не выйдет замуж за Бертрама. Коварно прикидываясь близкой подругой, она однажды вечером заманила её на мост и столкнула с него в стремительный, бурный поток. Но напрасно надеялась Корделия, что они с Джералдиной были одни. Бертрам оказался поблизости, он услышал торжествующий смех Корделии и всё увидел и мгновенно кинулся в бурный поток, воскликнув: «Я спасу тебя, дорогая моя, несравненная Джералдина!» Но, увы, он забыл, что не умеет плавать, и оба они утонули, сжимая друг друга в крепких объятиях. Вскоре тела их выбросило на берег. Похоронили их вместе, в одной могиле, и похороны были очень величественные. Я считаю, Диана, что завершать истории величественными похоронами гораздо более романтично, чем свадьбами. Ну а Корделия от угрызений совести вскоре сошла с ума, и её заперли в сумасшедшем доме. По-моему, это очень поэтичное возмездие за её преступление.
– Это совершенно прекрасно, – выдохнула Диана, явно принадлежавшая к той же школе критиков, что и Мэттью. – Не понимаю, как тебе удаётся придумывать такие истории, Энни! Ах, мне бы хоть чуточку твоего воображения…
– Оно у тебя появилось бы, если бы ты его развивала, – бодро откликнулась Энни. – У меня только что возникла идея. Диана, давай создадим свой клуб сочинителей рассказов и будем их писать для практики как можно больше. Возможно, тебе на первых порах будет трудно, но ты можешь рассчитывать на мою помощь, пока у тебя самой не начнёт получаться. Так ты разовьёшь своё воображение. Мисс Стейси очень это приветствует. Только воображение нужно направлять в правильную сторону. Это мне посоветовала миссис Аллан после того, как я рассказала ей о Призрачном лесе. Она считает, что моё воображение тогда пошло по неправильному пути.
