Плоскодонку толкнули, проскрежетав её дном о вбитый возле причала кол. Диана, Джейн и Руби выждали немного, убедились, что барку понесло течением к мосту, и помчались через лес, через дорогу, а затем вниз, к нижнему мысу, где им предстояло сыграть Ланселота, Гвиневру и короля Артура, встречающих Лилейную Деву Элейн.
Несколько минут Энни плыла, всецело захваченная романтикой ситуации, и упивалась ей, пока не была выведена из роли событием совсем неромантическим. Лодка начала протекать и наполняться водой так стремительно, что скончавшейся Леди Элейн пришлось срочно вскочить на ноги. Подняв золотую ткань и чёрную парчу, она ошеломлённо уставилась на длинную щель в дне барки, сквозь которую хлестала вода. Острый кол на пристани проткнул дно насквозь. Энни этого не знала, но мгновенно осознала опасность, в которой оказалась.
Плоскодонка так стремительно наполнялась водой, что доплыть в ней до нижнего мыса не было никакой надежды. С вёслами, может, и удалось бы, но девочки оставили их на причале.
Энни издала сдавленный вопль, которого никто не услышал. Лицо и даже губы её побелели, но здравомыслия она не утратила. У неё был только один шанс на спасение. Всего один.
– Я ужасно перепугалась, – рассказывала она на другой день миссис Аллан. – Мне казалось, что лодка подходила к мосту целую вечность, а вода в ней всё прибывала и прибывала. Я молилась, миссис Аллан, очень искренне, но глаз не закрывала. Ведь Бог мог спасти меня одним-единственным способом: позволить лодке подплыть как можно ближе к одной из опор моста, по которой я смогу выбраться наверх. Вы же знаете, эти опоры – просто старые стволы деревьев, на них много сучков и всяких углублений. И вот я молилась, но и сама старалась не оплошать, поэтому очень внимательно следила за лодкой. И повторяла снова и снова: «Дорогой Бог! Отнеси её, пожалуйста, как можно ближе к мосту, а дальше я справлюсь сама!» В таких обстоятельствах некогда думать, чтобы молиться красиво и длинно, но моя молитва была услышана. Лодка наткнулась прямо на опору. Я с чехлом и шалью через плечо ухватилась за неё, вскарабкалась на сучок и прижалась к старому скользкому стволу, не в силах пошевелиться. Это было ужасно неромантично, но вы же не думаете о романтике, когда только что избежали подводной могилы. Я вознесла благодарственную молитву, а затем ухватилась за сваю изо всех сил и стала ждать помощи. Потому что мне было ясно: без помощи я на сушу не выберусь.
Лодка, медленно пройдя под мостом, почти сразу же и затонула на самой середине пруда. Руби, Джейн и Диана, ждавшие её прибытия к нижнему мысу, это увидели. Ни секунды не сомневаясь, что она скрылась в пучине вместе с Лилейной Девой Элейн, девочки на мгновенье застыли и онемели, а затем с оглушительным визгом кинулись через лес, поля и дорогу, не догадавшись остановиться и бросить хоть один взгляд в сторону моста.
Энни, отчаянно вцепившаяся в ненадёжную опору, видела, как они мчатся, до неё доносились их вопли. Это внушало надежду, что вскоре подоспеет помощь. Но минуты шли, положение, в котором застыла невезучая Лилейная Дева Элейн, доставляло ей всё больше неудобств, а помощи так и не было. Где же девочки? Её начала охватывать паника. Вдруг они, все три, прямо на дороге упали в обморок? Тогда никто ничего не узнает и не придёт. А вдруг она совсем устанет и у неё не останется сил держаться?.. Энни глянула вниз, в зловещие зелёные глубины. Они стелились у неё под ногами длинными маслянистыми тенями. Она содрогнулась. Воображение щедро рисовало ей разные ужасы. Мышцы ныли от напряжения. Сколько времени она ещё сможет здесь провисеть?
Боль в мышцах стала невыносимой, и руки готовы были вот-вот разжаться, когда под мост вплыл на плоскодонке Хармона Эндрюса… Гилберт Блайт.
Случайно бросив на опоры взгляд, он пришёл в величайшее изумление при виде белого до прозрачности личика с огромными глазами, переполненными ужасом и одновременно презрением.
– Энни Ширли, как ты здесь оказалась? – крикнул он и, не дожидаясь ответа, подгрёб к опоре.
Энни вцепилась в протянутую руку. Иного выхода у неё не было. Мгновение спустя она оказалась в лодке – измученная, раздражённая, закутанная в промокшую чёрную шаль и жёлтый чехол – и села на корме. Излучать презрение к своему спасителю было не слишком удобно.
– Что случилось, Энни? – спросил Гилберт, взявшись за вёсла.
– Мы играли в Элейн, – холодно пояснила Энни, стараясь не встречаться с ним взглядом. – Мне надо было плыть в Камелот на барке, то есть на лодке-плоскодонке, но она вдруг стала наполняться водой. Счастье ещё, что эта опора вовремя оказалась на пути. Девочки побежали за помощью, но, может, ты будешь так любезен, что довезёшь меня к причалу?
Гилберт с большим удовольствием оказался так любезен и догрёб к причала, где Энни, отвергнув его попытку помочь, легко перепрыгнула из лодки на берег, а затем бросила свысока:
– Очень вам признательна.
И отвернулась.
Гилберт выпрыгнул следом за ней и взял её за руку.
