Энни шла по аллее Влюблённых, гоня с дальнего пастбища к дому коров. Стоял сентябрьский вечер. Рубиновый свет закатного солнца окрашивал лесные полянки и просеки, ложился пятнами на тропинку, перемежаясь с густыми тенями клёнов. Под лапами елей густел фиолетовый сумрак. В вершинах деревьев шелестел ветерок, и для Энни не было звуков слаще, чем эта лесная вечерняя музыка.
Коровы мирно брели по тропинке. Энни с мечтательным видом шагала за ними, читая вслух боевую песнь из «Мармиона»[36] Вальтера Скотта. Эта поэма входила в школьную программу английской литературы. Прошлой зимой класс Энни выучил её наизусть по заданию мисс Стейси, и сейчас Энни вновь наслаждалась стремительными строками, в которых ей слышался звон копий.
Произнеся это двустишие, Энни замерла от восторга на месте и, чтобы лучше представить себя среди отважных копейщиков, закрыла глаза, а когда вновь их открыла, увидела Диану, выходящую ей навстречу из ворот на поле мистера Барри. Выглядела подруга многозначительно. Энни немедленно догадалась, что она спешит сообщить какую-то новость, однако с расспросами не спешила.
– Вечер сегодня словно малиновый сон, правда, Диана? Радуешься, что живёшь и видишь такое. По утрам мне кажется, нет ничего на свете лучше утр, но такие вечера, считаю, ещё прекрасней.
– Да, вечер прекрасный, – нетерпеливо согласилась Диана. – Тем более, Энни, что у меня такие новости. Догадайся, какие именно. Даю тебе три попытки.
– Шарлотта Гиллис всё-таки будет венчаться в нашей церкви, а миссис Аллан поручила нам украсить её к торжеству! – выпалила Энни.
– Нет. Жених Шарлотты не соглашается. Он говорит, что венчаться в церкви сейчас не модно, а венчание слишком похоже на похороны. Жаль. Я считаю, наоборот, было бы очень здорово. Угадывай снова.
– Мама Джейн разрешит ей на день рождения устроить праздник.
Диана опять покачала головой. Чёрные глаза её искрились весельем.
– Больше догадок у меня нет, – пожала плечами Энни. – Разве что Муди Сперджон Макферсон проводил тебя вечером домой после молитвенного собрания.
– Да никогда в жизни! – возмутилась Диана. – Думаешь, стала бы я хвалиться этим? Он совершенно мерзкое существо. Я знала, что ты не угадаешь. Маме сегодня пришло письмо от тёти Джозефины, которая приглашает нас приехать во вторник на выставку и остановиться у неё. Вот!
– О Диана, – прошептала Энни, ощутив вдруг потребность немедленно прислониться к клёну, чтобы колени не подогнулись. – Ты серьёзно? Но, боюсь, Марилла мне не позволит. Она говорит, что не поощряет бездельного шатания. Именно так и сказала мне на прошлой неделе, когда Джейн пригласила меня поехать с ними в их четырёхместном кабриолете на американский концерт в гостинице «Белые пески». Мне очень хотелось. Но Марилла ответила, что мне лучше остаться дома и учить уроки, да и Джейн тоже. Сердце моё было разбито, и я даже помолиться перед сном не смогла. Только потом, уже среди ночи, встала и всё-таки помолилась.
– Я знаю, что делать, – сказала Диана. – Попросим мою маму попросить Мариллу. Так она скорее тебя отпустит. Если получится, мы отлично проведём время. Я ещё никогда не была на выставке, и мне становилось очень обидно, когда другие девочки про неё рассказывали. Джейн и Руби уже целых два раза ездили. И теперь снова поедут.
– Не стану об этом думать совсем, пока точно не узнаю, что меня отпускают, – решила Энни. – Если не выйдет, меня ждёт сильное разочарование, и я его не перенесу. А если получится, то очень удачно, что к этому времени будет готово моё новое пальто. Марилла считала, что новое пальто мне не нужно. Она говорила, вполне сгодится и старое, хватит с меня и нового платья. А платье, Диана, очень красивое: синее и очень модное. Марилла теперь мне шьёт очень модные платья, чтобы Мэттью больше не просил шить миссис Линд. Я так рада. Гораздо легче быть хорошей, когда у тебя есть модная одежда – во всяком случае, мне. Хотя, наверное, тем, кто хороши от природы, это не так уж важно. В общем, Мэттью сказал, что мне нужно новое пальто. Марилле пришлось купить прекрасную синюю ткань, и теперь мне шьёт пальто настоящая портниха из Кармоди! Я стараюсь не представлять себе, что иду в воскресенье по церковному проходу, а на мне всё новое… Неправильно представлять такое, но оно как-то само по себе представляется, помимо моей воли. И ещё у меня теперь есть красивая шляпка. Мне её купил Мэттью, когда мы с ним были в Кармоди. Знаешь, она такая!.. Из синего бархата, по последнему крику моды, отделана золотым шнуром и золотыми кисточками. Твоя новая шляпка, Диана, тоже очень элегантная. И очень идёт тебе. В прошлое воскресенье ты её надевала в церковь, и когда ты туда вошла, меня просто распирало от гордости, что у меня такая элегантная сердечная подруга. Ты считаешь, нам неприлично так много думать о своей одежде? Марилла говорит, что это тщеславие. Но всё равно это так интересно, правда?
