– Была у нас? Ой, как жаль, что вы меня не позвали. Мы с Дианой были поблизости, в Призрачном лесу. В лесах сейчас так чудесно! Все маленькие растения – папоротники, атласники, ягоды ежевики – исчезли, будто кто-то укрыл их до весны покрывалом из листьев. Я вообразила, как маленькая фея в шарфе из радуги прокралась на цыпочках в ночь последнего полнолуния и сделала это. Но Диана не хотела слушать про фею. Она до сих пор не может забыть, как мама её отругала за призраков, которыми мы населили лес, и это подавило её воображение… Миссис Линд говорит, что Миртл Белл – подавленное существо. Я спросила у Руби Гиллис, почему она подавленная, и Руби ответила, что жених разорвал с Миртл помолвку, но Руби Гиллис все причины видит только в молодых людях и помолвках, и чем старше становится, тем у неё с этим хуже. Молодые люди хороши на своём месте, и нельзя ими объяснять любое явление в жизни. Мы с Дианой всерьёз подумываем твёрдо пообещать друг другу, что никогда не выйдем замуж, останемся добропорядочными старыми девами и будем вечно жить вместе. Правда, Диана ещё не решилась окончательно. Она думает, что, возможно, будет благороднее выйти замуж за кого-нибудь дикого, лихого, нехорошего молодого человека и исправить его. Знаете, мы с Дианой много сейчас разговариваем на серьёзные темы. Мы чувствуем, что теперь, когда стали старше, уже как-то неловко говорить о всяких детских глупостях. Это так серьёзно, когда тебе уже почти четырнадцать… В прошлую среду мисс Стейси водила нас, девочек-подростков, к ручью и беседовала с нами об этом. Она сказала, что привычки, которые мы приобретаем в подростковом возрасте, формируют характер. К двадцати годам он уже будет полностью сформирован, и его не изменить. А это фундамент всей будущей жизни, и, если он шаткий, на нём ничего стоящего не построишь. Мы с Дианой серьёзно обсудили это, возвращаясь из школы, и решили быть очень осторожными, вырабатывать исключительно добропорядочные привычки, учиться всему, чему сможем, и поступать как можно более благоразумно. Тогда к двадцати годам наши характеры точно уж сформируются правильно. Ох, Марилла, как ужасно думать о том, что тебе будет двадцать… Это звучит пугающе: старо и взросло. Но почему мисс Стейси к нам заходила сегодня днём?
– Именно это я и хочу тебе рассказать, Энни, если ты мне позволишь вставить хоть слово. Она говорила о тебе.
– Обо мне? – Энни вдруг очень смутилась, а потом, вспыхнув, выпалила: – Я знаю, что именно. Я сама собиралась вам честно рассказать, но забыла. Мисс Стейси вчера застукала меня на уроке истории за чтением романа «Бен-Гур» вместо учебника. Джейн Эндрюс одолжила мне его почитать во время обеденной перемены. Но я так увлеклась сценой гонки на колесницах, что, когда начался урок, не смогла оторваться. Мне очень хотелось узнать, чем всё закончится, хоть я не сомневалась, что Бен-Гур победит. Иначе нарушилась бы поэтическая справедливость. На парте у меня лежала раскрытая «История Канады», а под партой лежал на коленях «Бен-Гур». Со стороны казалось, будто я изучаю историю Канады, а на самом деле читала «Бен-Гура». Как тут было заметить, что ко мне подошла мисс Стейси? Поднимаю голову, а она на меня укоряюще смотрит… Передать не могу, до чего мне стало стыдно, особенно когда Джози Пай захихикала. Мисс Стейси отобрала у меня «Бен-Гура», но ничего не сказала, а после урока попросила меня задержаться и стала объяснять, что поступок мой плох сразу по двум причинам. Во-первых, я зря тратила время, которое должна была уделить учёбе, а во-вторых, обманывала учительницу, прикидываясь, будто читаю учебник истории Канады, когда на самом деле читала роман. О Марилла, до этого момента мне даже в голову не приходило, что я её обманываю. Мне стало горько до слёз. Я плакала, просила у мисс Стейси прощения, обещала, что никогда больше так не поступлю, во искупление целую неделю не стану даже смотреть на «Бен-Гура», хотя очень хочу узнать, чем закончились гонки на колесницах. Но мисс Стейси ответила, что не требует от меня никаких жертв и, если я всё поняла, ей достаточно. Поэтому, я считаю, с её стороны не очень хорошо приходить и жаловаться на меня.
– Мисс Стейси совсем на тебя не жаловалась, Энни. Не путай свою нечистую совесть с целью её прихода. И перестань таскать в класс романы. Ты и без того слишком много их читаешь. Когда я была девочкой, мне даже глядеть не позволяли на всякие романчики.
