До тех пор пока мы двигались по трассе, все складывалось неплохо, но стоило въехать в город как поездка тут же, обернулась экскурсией по преисподней. На въезде проводился ремонт дорожного полотна, из-за которого мы оказались со сломанным кондиционером в многокилометровой очереди из машин под плавящим все живое солнцем. Помимо кондиционера неисправной оказалась и электрика самого фургона, ответственная за своевременное включение принудительного охлаждения двигателя. Говоря простыми словами, на малых скоростях охлаждающая жидкость в двигателе закипала. Заглушить мотор и остудить его не представлялось возможным по той причине, что каждые несколько секунд мы пусть и не на много, но продвигались вперед вместе с потоком. Для того чтобы хоть как-то контролировать температуру, пришлось включить еще и печку, направив весь жар от двигателя в салон. Теперь наряду с охлаждающей жидкостью в двигателе, закипало и содержимое моей черепной коробки.
Передвижная баня снова начала превращаться в кабину фургона, а температура снижаться, когда Андрей соскочил с парализованного шоссе и, петляя по улицам и проулкам, повез нас к большому московскому кольцу. Ведя фургон «козьими тропами» Андрей между делом рассказал, что знает этот район как свои пять пальцев. Этими знаниями он успел обзавестись, проработав какое-то время в такси, сразу же после освобождения из-под тюремного заключения, чего я бы никогда о нем не подумал. Не случись этот разговор, Андрей навсегда для меня остался бы образованным интеллигентом с прекрасно развитым чувством такта и учтивым поведением. За решетку его загнала неудачная афера по отъему денег из страхового фонда, спонсируемого рядом крупных компаний с государственным участием. Для этих целей Андрей, путем различных межличностных манипуляций и даже шантажа, был введен в наблюдательный совет фонда, где оказавшись сразу начал вести свою игру. Многие всемирно известные аферисты по жизни руководствовались золотым правилом – не имей соратников. Они обуславливали это риском быть раскрытыми, утратив контроль над ситуацией по вине или ошибке другого человека. Причем чем гениальнее афера, чем тупее причина ее провала.
В случае с Андреем идеальный и беспроигрышный план не стал исключением и потерпел крах благодаря длинному языку одного из его сообщников. Тот, напившись и желая произвести впечатление, разболтал своей подружке кто он на самом деле такой и чем занимается. А как гласит народная мудрость: что знает один, то знают все.
Фрейд был приглашен для участия в суде над Андреем и его партнерами в качестве психолога-эксперта, где и заприметил его. В тайне от Андрея, Фрейд через свои каналы поспособствовал условно досрочному освобождению из колонии, и только за тем, вышел с ним на прямой контакт. Еще какое-то время, до истечения остаточного срока наказания, Андрею приходилось оставаться на виду и изображать из себя вернувшегося в социум с правильными взглядами законопослушного гражданина, устроившись на работу водителем такси.
До этого момента меня подтачивал червь относительно его персоны. Интуитивно я ощущал в нем что-то не соответствующее тому образу, в котором он находился. Теперь же глядя на Андрея через призму ясности, пазл складывался в понятную мне картинку. Вместо запылившегося в книжном хранилище аспиранта с неестественно правильным пониманием жизни обычных людей с улиц, я видел в нем Остапа Бендера, забросившего куда подальше мечты о безоблачном Рио-де-Жанейро в пользу служения справедливости.
Андрей остановил фургон в безлюдном месте и, заглушив двигатель, покинул машину. Я вышел за ним следом, обошел машину и встал рядом с высокой дверью в багажный отсек, замок которой заклинил и никак не хотел открываться. Лишь только после того как Андрей практически повис на дверной ручке, запорный механизм щелкнул и дверь соизволила отвориться. Вытирая пот со лба, он вытащил два больших черных пакета с одеждой, которую попросил надеть на себя.
– Что это за тряпки? – спросил я, вытаскивая из пакета безразмерные штаны.
– Ты еще не понял? – усмехнулся моей несообразительности Андрей.
Доставаемые из пакета штаны никак не заканчивались и уже обзавелись рукавами. Это оказался синий рабочий комбинезон.
Внутри меня что-то дрогнуло, но окончательно я опешил, когда перевел свой взгляд на уже натянувшего на себя синюю робу Андрея. Я окинул взглядом машину. Подвесная монтажная гондола на крыше, полный багажник строп, креплений и прочих приспособ…
– Андрей, – тревожным тоном заговорил я, – мы едем в Сити? Башня Меркурий?
Теперь тревога была в и его глазах.
– Да ты шутишь! – находясь под впечатлением от моего рассказа и, задавая одни и те же вопросы, Андрей крутил баранку в сторону высотного квартала города Москвы. – Прямо в лепешку?
– Да, – отвлеченно отвечал я, вращаясь на карусели вопросов одинакового содержания, между делом стараясь вспомнить детали произошедшего со мной при первом путешествии в будущее.
