Епархиальные реформы полностью

Несколько позднее под знаковым заголовком «Первое явление воскресающей соборности» публикуются впечатления А. Васильева – одного из участников этого съезда. Собрание, указывал он, усвоило себе название «Рижский епархиальный собор», что оправдывается, по мнению автора, и составом (свободно избранные представители из всех степеней клира и из мирян – представителей братств), и важностью вопросов, и «широкой свободой суждений, венчавшейся единомысленными и единодушными, воистину соборными определениями». Собору предшествовали благочиннические съезды, наметившие вопросы, а затем обсудившие и программу, одобренную архиереем. Отмечалась также полная свобода суждений на самом соборе[755]. Среди решений этого епархиального съезда-собора следует отметить проекты «О благочиннических, или окружных, собориках» и «Об епархиальных соборах», которые затем войдут в состав отзыва преосвященного Агафангела. В основе этих предложений – тезис о том, что «начало соборное должно проходить через все церковное строение от основания его – прихода и до самых вершин»[756]. В частности, Васильев указывал обоснование участия мирян на этих съездах. Оно вытекает из понятия о Церкви как Теле Христовом: тело живо постольку, поскольку все его члены находятся в живом общении и взаимодействии[757]. Позднее, комментируя статью из «Пензенских епархиальных ведомостей», призывающую к допущению мирян на съезды, «Церковные ведомости» замечали, указывая, в частности, на Рижский съезд, что такие примеры уже были и «ничего, кроме доброго, от того не произошло»[758]. Съезд пастырей с участием мирян, писали «Церковные ведомости» еще через год, – наилучшая форма для осведомленности пастырей о переживаниях народа, для совместного вырабатывания «направления и новых форм и видов пастырской деятельности». Миряне же увидят деятельность духовенства, его небезучастность к их интересам, что повысит нравственную связь пастырей и мирян, взаимное доверие, взаимопонимание[759].

Подводя в конце 1907 года некоторый итог прошедшему периоду, «Церковные ведомости» отмечали, что епархиальные съезды вышли далеко за рамки подлежащих им экономических вопросов.

Достойно замечания, что такое расширение программы съездов, превратившее их в епархиальные соборы, произошло в то время, когда положение о них осталось прежнее. Видимо, местная церковная жизнь уже не укладывается в установленные для нее рамки. Изменился и личный состав епархиальных съездов, на которых теперь, по крайней мере, в некоторых епархиях, участвуют депутаты не только от священников, но и от низших членов причтов, а также представители мирян[760].

Обращаясь к другим периодическим изданиям, следует, прежде всего, обратить внимание на позицию, выраженную «группой Петербургских священников». Мы указывали, что в своей первой записке они довольно расплывчато призывали к совершению епископами своего служения «совместно с сонмом пресвитеров, как своих советников, сотрудников и сослужителей, пред лицом народа»[761]. Во второй записке, поданной в мае 1905 года, члены группы указывали на необходимость превращения епархиального съезда в «общеепархиальное собрание представителей духовенства и мирян епархии»[762], с тем, чтобы оно происходило «под условием полной свободы»[763].