Эпоха великих реформ. Том 2 полностью

Говорят, что народ наш слишком мало развит для того, чтобы иметь суд присяжных. Но, казалось бы, это самое положение народа, т. е. его неразвитость, представляет основание к совершенно противоположному заключению, потому что такой-то именно народ и нуждается в особых гарантиях на суде, нуждается в судьях, которые бы вполне его понимали и были к нему сколь возможно ближе.

Затем, представив еще несколько дополнительных соображений, Н.А. Буцковский излагает и самый проект организации суда присяжных. Приведенная записка авторитетного практика оказала громадное влияние, и имя Буцковского навсегда связано с дарованием России благодетельного судебного института, водворившего впервые истинное правосудие.

I

30 октября 1897 г. скончался один из просвещенных администраторов и крупных деятелей эпохи великих реформ, член Государственного совета, статс-секретарь Константин Карлович Грот, принимавший близкое участие во всех важных преобразованиях Александра II, а в особенности в уничтожении гнезда казнокрадства, подкупов и всяких гнусностей – винных откупов. Природные дарования, разностороннее образование, обширный административный опыт, твердость в убеждениях при всей внешней мягкости, человеколюбие, преданность просвещению, уважение к законности, необыкновенная аккуратность и трудолюбие – таковы были выдающиеся черты Грота. Они открывали бы ему широкую административную карьеру во всякое время, но особенно выдвинула его эпоха кипучей государственной деятельности 60-х годов, которая, обновляя русскую жизнь во всех направлениях, предъявляла сильный запрос на людей знания и опыта, твердых принципов, крепкого нравственного закала, неподкупной честности и независимого характера. Бодрое общественное воодушевление радостно приветствовало решимость правительства уничтожить все застарелые язвы государственного организма, начиная с крепостного права и кончая розгами; не весть откуда явилась целая фаланга молодых знающих, трудолюбивых, преданных делу, воодушевленных любовью к отечеству государственных деятелей, шутя двигавших вопросы, веками ждавшие очереди и наглядно показывавших всю неосновательность обычных жалоб на «неимение людей». В числе этих благородных пионеров русской гражданственности, усердно поработавших над привитием первых начал свободы личности, законности, общественной самодеятельности, был и К. К. Грот, до конца жизни с честью подвизавшийся на разнообразных отраслях государственной и общественной службы.

Окончив в 1835 г., 20-ти лет, курс в Александровском лицее, с того же года К. К. начал свою служебную карьеру, которая продолжалась свыше 60-ти лет без перерыва почти до последних дней его, и достиг высших степеней и почестей без протекции, исключительно благодаря своим трудам и способностям. Первые годы службы его прошли в гоф-интендантском ведомстве, на котором лежало управление Императорскими дворцами. Прекрасно владевший иностранными языками молодой лицеист особенно пленил своего начальника графа Кутайсова своею изящною и утонченною французскою стилистикою, дававшею возможность даже неприятные для адресата вещи писать в округленных, звучных французских фразах [463] . Пожар, случившийся в Зимнем дворце в 1838 г., привел к отставке графа Кутайсова, за которым последовали и его молодой секретарь и редактор Грот.

Эти первые три года были, так сказать, «пробами пера» для молодого и способного лицеиста, а затем открылось для него более широкое и серьезное поприще в только что учрежденном знаменитым графом Киселевым новом и важном Министерстве государственных имуществ, в которое он старался привлечь молодых, даровитых и честных людей, которым и вверялись материальные и духовные интересы миллионов государственных крестьян. В 1840 г. была открыта в Митаве Курляндская палата государственных имуществ, где Грот состоял асессором до 1844 г. За шестилетнее время пребывания своего в Курляндии он уже успел обнаружить свои недюжинные способности мягкого и просвещенного администратора, который предпочитал господствовавшему в то время методу ежовых рукавиц ласковое обращение и возможно непосредственное вникание в нужды населения. Молодому, образованному чиновнику удалось быстро достигнуть того, к чему иные долго и напрасно стремились: даже замкнутое, надменное курляндское дворянство широко распахнуло пред ним двери своих салонов. Но и простому люду, латышскому крестьянскому населению, он успел внушить уважение и доверие. Считая в качестве дальновидного администратора знание языка населения conditio sine qua non для сознательного управления вверенными делами, Грот начал учиться латышскому языку и вскоре достиг таких успехов, что мог свободно говорить и читать по-латышски.