Эпоха великих реформ. Том 2 полностью

«Подобные присутствия, – продолжает автор, – могли бы быть открываемы в каждом уездном городе в известные сроки, как, например, два раза в год. Заседания их могли бы продолжаться по мере накопления дел, по коим возникли и окончены следствия в течение полугода, и так как при введении словесного разбора в высшей степени должно упроститься и ускориться производство в суде каждого дела, то заседания в уезде каждого дела не могут продолжаться более двух или трех недель, в течение коих будут окончательно решены все дела, возникшие в предшествовавшее полугодие. Для введения этого порядка в Закавказском крае достаточно пяти высших гражданских чиновников по одному для губернии; каждый из них, будучи обязан открывать в каждом уезде срочные заседания два раза в год, должен будет употребить на это с разъездами около десяти месяцев и будет иметь два месяца для отдохновения. С своей стороны выборные от сословий будут в каждом уезде обязаны участвовать в решении уголовных дел не более шести недель в году и при установленном порядке словесного разбора будут в состоянии принимать деятельное и живое участие в разъяснении и решении дела. Как краткость времени, которое они должны жертвовать на служение общему делу, так и интерес их обязанностей могут служить ручательством, что обязанности эти охотно примут на себя лучшие из местных жителей, в особенности если исполнение сих обязанностей будет сопряжено с почетом и будет давать прослужившим известное время право на какое-либо отличие; они могут быть вызваны присяжными членами и могут послужить впоследствии к установлению действительного суда присяжных , в то время когда развитие народной нравственности и образование дозволят приступить к введению в крае сего последнего учреждения. Что касается до обеспечения правильности решения посредством установления лучшего порядка для рассмотрения уголовных дел и постановления приговора, то в сем отношении нельзя не убедиться, что предоставление уголовному суду права непосредственного передопроса подсудимого, свидетелей и прикосновенных к делу лиц и доставление подсудимому возможности представить пред судом на словах не только общую защиту свою, но и частные объяснения против каждого из свидетельских показаний и каждой приводимой против него улики, – представляет такие обеспечения, которые в сущности далеко превосходят все какие бы то ни было средства, предоставляемые к защите подсудимому письменною обработкою дела, рукоприкладством, ревизиею или апелляциею.

«Наконец, – говорит в заключение г. Старицкий, – довершением обеспечения правильности решения уголовных дел может служить допущение в суд посторонних лиц, присутствие коих, с одной стороны, будет побуждать судей и всех чиновников к добросовестному исполнению их обязанностей и к приобретению всеобщего чрез сие уважения и ободрения , а с другой стороны, будет воздерживать их от всякого нарушения установленного порядка и от всяких притеснительных и противозаконных действий».

К сожалению, при применении Судебных Уставов к Закавказскому краю не был осуществлен первоначальный план г. Старицкого о привлечении народного элемента, что не могло не повредить полному успеху реформы на Кавказе.

Е. П. Старицкий принимал не только живое участие в подготовительных законодательных работах, но и в практическом осуществлении судебной реформы на Кавказе. В качестве первого старшего председателя Тифлисской судебной палаты и, стало быть, первого руководителя нового сложного дела Е. П. понес немало трудов и вынес немало столкновений и огорчений. Если и во внутренних губерниях нелегко было первым судебным деятелям применять начала нового суда, правого, равного для всех и независимого от административного давления, то легко представить себе как велики были затруднения деятелей нового суда на Кавказе, где администрация издавна привыкла считать себя единственною, полновластною и бесконтрольною представительницею закона и государственных интересов. Только высокий нравственный авторитет, которым пользовался Е.П. на Кавказе, мог сохранить за тамошним судом ту небольшую долю самостоятельности, которая сохранена за ним законом. Несмотря на сильное ограничение судейской несменяемости, допущенное законом 22 ноября 1866 г., сколько нам известно, ни разу не было применено на Кавказе, пока во главе судебного ведомства стоял г. Старицкий, право наместника кавказского отрешать судей от должности без суда.