Когда в начале 1857 г. Чернышевский поднимал вопрос об общинном землевладении, то он исходил, разумеется, из того соображения, что крестьяне будут освобождены с землею, а иначе не из-за чего было и хлопотать. Но первые освободительные рескрипты 1857 г. показали, что правительство считало невозможным наделение крестьян землею, как потом при Ростовцеве считало невозможным лишение крестьян земли.

Первою статьею в русской печати, открыто поставившей этот жгучий вопрос о наделе и выпуске, была известная статья «О новых условиях сельского быта» за подписью «Современник», напечатанная в апрельской книге «Современника» 1858 г. (см. выше II главу). Она вызвала настоящую бурю. По цензуре последовали строжайшие распоряжения, автор статьи К. Д. Кавелин был отдален от преподавания гражданского права наследнику. Но мысль Кавелина была поддержана «Русским Вестником », Тверским комитетом, а к осени 1858 г., с возвращением из-за границы Ростовцева, ставшего решительным защитником надела, буря улеглась, причинив печати, по выражению Каткова, немало напрасных терзаний.

Возвращаясь к полемике с Вернадским и др. в статье своей, служащей по глубине эрудиции, остроумию, по тону, исполненному достоинства, несмотря на свою тонкую язвительность, настоящим образцом сильного слова, Чернышевский окончательно доказывает мысль, что в эволюции явлений высшая степень развития совпадает с его началом и что первобытному общинному владению нет необходимости [538] перейти в частное. Положение это иллюстрируется Чернышевским всевозможными примерами, взятыми из области геологии и физиологии, математики и биологии, истории и филологии и пр. Но, к сожалению, нет никакой возможности ознакомить в целом с этою блестящею аргументациею, а в мелких отрывках она теряет всю свою соль и букет.

В статье «Экономическая деятельность и законодательство» Чернышевский возражает против устарелого учения: «Laissez faire, laissez passer» и стоит за разумное вмешательство государства в явления экономической жизни («Совр.», 1859. № 2).

В последней статье «Суеверие и правила логики» Чернышевский наглядно обнаруживает всю бессмыслицу критики, приписывавшей низкий уровень земледелия в России именно общинному владению. Указывая на то, что враги общины симптом смешивают с болезнью, Чернышевский продолжает: «Потому и отвратительно нам слышать рассуждение отсталых экономистов, что дурное состояние нашего земледелия может быть исправлено заменою общинного землевладения частным. Не потому отвратительно слышать нам эти тупоумные, суеверные рассуждения, что мы приверженцы общинного: нет, все равно мы негодовали бы на них и тогда, когда бы думали, что частная поземельная собственность лучше. Каково бы ни было влияние системы землевладения на успехи сельского хозяйства, все-таки это влияние совершенно ничтожно по сравнению с неизмеримым могуществом тех условий нашей общественной жизни (суд, администрация), в которых кроются истинные причины жалкого положения нашего землевладения».

Кроме нескольких других статей, Чернышевский заведывал особым отделом «Современника» – «Устройство быта помещичьих крестьян», где он тщательно группировал с надлежащим разбором все появившиеся в печати статьи по крестьянскому вопросу.

В одном из его номеров (1859, № 10) Чернышевский резюмирует свои пожелания: сохранение существующих наделов с обязательным выкупом, для чего, по его вычислению, достаточно было бы 531000000 руб. Размер выкупа он считал справедливым и посильным налагать в 70–90 руб. (на деле он был назначен выше), а потому невредным.

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги