Эпоха великих реформ. Том 2 полностью

Хорошо понимая все серьезное значение для будущности адвокатуры правильного и разумного устройства школы для молодой адвокатуры, В.Н. и сам отдавал много времени и любви для занятий с своими личными помощниками и сильно отстаивал необходимость организации сословных учреждений, без которых невозможно воспитание помощников присяжных поверенных в духе традиций присяжной адвокатуры. Искренняя и сердечная признательность, высказанная адвокатскою молодежью В. Н. по поводу его юбилея, была одною из многочисленных наград, заслуженных г. Герардом во время скромного, но знаменательного чествования его, как достойного представителя присяжной адвокатуры.

V

И.Я.Фойницкий

1 июня 1868–1893 гг

1 июня 1893 г. в Петербурге происходило домашним образом чествование известного нашего криминалиста, профессора Петербургского университета, товарища обер-прокурора уголовного кассационного департамента И. Я. Фойницкого по случаю исполнившегося 25-летия его профессуры и научно-литературной деятельности. Продолжительная научная и публицистическая деятельность уважаемого криминалиста не замыкалась в тесные пределы академического преподавания и не раз соприкасалась с текущими государственными и общественными вопросами, имеющими крупный жизненный интерес. Обе диссертации его на ученые степени – «Мошенничество по русскому праву» и «Ссылка на Западе», затрагивали вопросы, имеющие серьезное значение для русской действительности, как и большинство статей и монографий его, как-то: «Исходные моменты законодательства и печати», «Защита в уголовном процессе» [572] , «Оправдательные приговоры присяжных и меры к их сокращению» и мн. др. [573]

Но самым капитальным трудом проф. Фойницкого в общественном смысле был знаменитый его «Курс уголовного судопроизводства» [574] . Значение и заслуга его усугублялись временем его появления. Это было время, когда вся реакционная пресса, с М. Н. Катковым во главе, сомкнутыми рядами шла против Судебных Уставов, выставляя все их основные принципы и в теории неверными, и на практике опасными для нашего государственного порядка, и несовместными с правильным развитием России. Кликуши московской сыскной печати сумели даже день открываемого судебным ведомством памятника в Москве творцу Судебных Уставов обратить в средство для травли судебных учреждений, указывая кровавые пятна на белом мраморе статуи Александра II и недвусмысленно ставя их в счет новому суду… Возмущенный этими доносами и бесшабашною травлею И. С. Аксаков писал в 1884 г. (по адресу публицистов Страстного бульвара и их приспешников): «С легкой или, вернее, тяжелой руки „Московских Ведомостей! прочие газеты и газетки с публикой вкупе хором ревут на новый суд: „Ату его! Ату!“, глумятся, ругаются, мечут грязь со свистом и хохотом во весь судебный персонал, во весь судебный институт с его прошедшим и настоящим, как будто кто им задал за дачу не только поколебать его авторитет, но и омерзить его, сделать ненавистным в народных понятиях»!.. В защиту оклеветанных и ежедневно обливаемых грязью судебных учреждений раздавались лишь немногие, едва слышные голоса.

Среди этих немногочисленных голосов самым громким и авторитетным был раздавшийся именно в эту критическую минуту, и потому особенно нужный и ценный, голос такого компетентного судьи, как известный процессуалист, проф. Фойницкий, прекрасно знакомый с уголовным процессом и в современной научной обработке его, и с практической стороны, а также изучавший историю Судебных Уставов по подлинным ее документам. Имея общепризнанное право говорить от имени науки и судебной практики, г. Фойницкий в своей книге, которая, к сожалению, не могла быть окончена по независящим от автора обстоятельствам, представил в 1884 г. замечательную по богатству собранного сравнительно исторического и практического материала апологию основ судебной реформы и ее исторической миссии.

Проследив подробно историю подготовки судебного преобразования 1864 г., проф. Фойницкий так определил цель составления Судебных Уставов. «Не политическими волнениями, – писал он, – не борьбою политических партий и политических страстей вызван к жизни этот великий памятник законодательства, а исключительно сознанными правительством и обществом потребностями правосудия; не политическое господство того или другого интереса стремится он закрепить и развить, а государственное господство общего для всех одинакового интереса правды и справедливости насаждает он в русской земле» [575] .