С чем-нибудь в полгода были составлены и обнародованы Высочайше утвержденные 29 сентября 1862 г. «Основные Положения преобразования судебной части в России», громко на всю Россию провозглашавшие необходимость введения у нас тех самых институтов европейского правового порядка, за предложение которых три года тому назад, в эпоху «первой реакции» 1859 г., пострадал не один предводитель дворянства. Россия с изумлением и радостью узнала, что она находится накануне получения гласного суда, независимой судебной власти, адвокатуры и суда присяжных, которые еще так недавно считались зловредными революционными учреждениями.
Откуда такая быстрая и неожиданная перемена? Спросим свидетеля, стоявшего с самого начала у самого кормила судебной реформы и хорошо знавшего все ее перипетии.
С. И. Зарудный категорически удостоверяет [281] , что Судебные Уставы
IV
Дальнейшая судьба этих Основных Положений имела сильное и уже непосредственное влияние на деятельность русских юристов и, в частности, на возникновение Московского юридического общества. С.И.Зарудный возымел крайне смелое по тогдашнему времени, но в высшей степени плодотворное намерение: опубликовать во всеобщее сведение Высочайше утвержденные Основные Положения, с приглашением юристов и вообще публицистов, интересующихся делом судебной реформы, доставлять свои замечания об Основных Положениях в Комиссию, образованную под председательством В. П. Буткова для составления проектов Судебных Уставов.
В наших глазах этот факт опубликования не представляет ничего особенного в виду того что в последующее время неоднократно печатались законопроекты с целью вызвать замечания публицистов или же рассылались целые законодательные работы (как, например, проекты Комиссии, составляющей уголовное Уложение) для публичного обсуждения в юридических обществах.
Не то было в 1862 году.