И действительно, мы едва ли не вправе сказать, что гений свободы парил над колыбелью нашего Общества, вызванного к жизни освобождением крестьян от крепостной зависимости и последовавшим вслед затем стремлением освободить русскую жизнь и русскую мысль от язв и пут дореформенного строя жизни.
Вот как мы, младшее поколение нашего Общества, представляем себе его возникновение по дошедшему до нас преданию!
Быть может, сложившееся у нас представление не совсем точно, но в существе своем едва ли оно ошибочно.
Но noblesse oblige! Такое высокое и благородное происхождение также ко многому обязывало и обязывает Московское юридическое общество.
Возникнув при расцвете и торжестве идеи свободы, права и гуманности, оно обязано было служить им всегда с неизменною преданностию и в особенности в те печальные времена одичания и шатания мысли, когда эти идеи подвергаются осмеянию и даже гонению со стороны невежд и обскурантов.
Не нам, конечно, лицам, более или менее прикосновенным к деятельности юридического общества, судить, насколько оно удачно выполнило свою высокую миссию в смысле положительном; но мы можем, не греша против скромности и справедливости, заявить, что оно свято блюло свои заветы в смысле отрицательном. Если, быть может, оно не всегда делало, что могло и должно было делать, то наверное можно сказать, что в том, что оно делало доныне, ни один и притом самый строгий судья не найдет следов измены его знамени и традициям. Это, конечно, немного. Но в наш жестокий и одичалый век, в наше беспринципное и «пестрое» время и это немногое тоже имеет, смею думать, некоторую цену.
Дозвольте, мм. гг., высказать пожелание и надежду, чтобы Московское юридическое общество, донесшее незапятнанным до конца первой четверти – и какой четверти! – века своего существования свое знамя, осталось верным и в будущем своим высоким и благородным традициям и тем оказалось достойным того великого учреждения, которое приютило его под своею сенью в труднейшее время его жизни, и под гостеприимным кровом которого чествуем мы сегодня наш скромный праздник. Да сохранится и в будущем непрерывною эта дорогая и столь плодотворная для нашего Общества связь с древнейшим рассадником русского просвещения – связь, которая не мало облегчала юридическому обществу верное служение его славному и честному знамени права и свободы в переживаемое смутное время, когда
…вдруг стало неизвестно:
Что глупо, что умно, что честно, что бесчестно [284] .
P. S. Во время Пушкинских празднеств 1899 г. председатель Московского юридического общества С. А. Муромцев прочел в заседании Общества любителей российской словесности приводимый ниже адрес по случаю столетия рождения Пушкина. Вслед за этим последовало распоряжение мин. нар. проев. Н. П. Боголепова о закрытии юридического общества. Если верить
«Московское юридическое общество в настоящий торжественный день присоединяет свой голос к общему хору приветствий. В историю гражданского развития нашего отечества неизгладимыми чертами вписано, как среди общества, печально поражавшего чуткую совесть великого народного поэта своим презрением к мысли и равнодушием ко всякому долгу, справедливости и правде, звучал героический гимн, посвященный красоте и человеческому достоинству. Проникнутый с юности мечтами о просвещенной свободе и законности, как лучших опорах государственного порядка, не щадил поэт своих гигантских усилий пробудить современную ему толпу от позорного сна, ударяя с неведомою силою выстраданным стихом по людским сердцам, хотя и без надежды найти в них немедленный отклик своему тяжкому сердечному стону. Но этот стон был стоном почуявшей свою силу русской личности. Борьба, вынесенная Пушкиным, была борьбой личности за независимость и свободное развитие. Великий поэт был могучим провозвестником русского возрождения. Празднуя ныне память поэта, мы торжествуем вместе с тем победу, одержанную русскою личностью над рутиною жизни и властной опеки».
В марте 1866 г. вышла
