Эра смерти. Эра империи полностью

Персефона попыталась надеть плащ и поняла, что по ошибке взяла накидку Джастины. Няня была значительно меньше Персефоны, и полы не сходились, оставляя дюймовую щель, сквозь которую проглядывала мутно-белая ткань платья. С суровым выражением лица Персефона бросилась к рухнувшей палатке. С десяток человек просто стояли вокруг, тогда как другие лопатами и молотками пытались высвободить колы. Здесь хранилась необработанная шерсть, свернутая и перевязанная в тюки, которые были сложены друг на друга. Когда подошла Персефона, из трех других палаток как раз вытащили шесты.

– Стойте! – крикнула она рабочим. – Что вы делаете?

Застигнутые врасплох, они нервно подняли головы. Никто не ответил.

– Зачем вы их сворачиваете?

Она обратилась к человеку с колотушкой. Тот выглядел знакомым, хотя был не из Рэна. Однако она часто видела его в лагере; обычно он носил воду или дрова.

– Нам приказали, – ответил он.

– Кто?

– Нифрон, госпожа.

– Где он?

Несколько человек указали на ряд упавших палаток, которые, точно гигантские матерчатые следы, отмечали путь ее супруга.

– Так, немедленно прекратите, уберите шерсть со снега и занесите ее обратно внутрь.

Кто-то крикнул ей вслед:

– Так что, мы не уходим?

Персефона не стала отвечать. Она упорно шла дальше, чувствуя, как скрипит под ногами утрамбованный снег. С каждым шагом ее все больше охватывала злость.

Как он посмел объявить отступление, не спросив меня – даже не сообщив мне!

Нифрона она заметила в конце ряда упавших палаток. Он с криками размахивал руками.

– Ты все еще пьян? – поравнявшись с ним, спросила Персефона. – Что происходит?

– Разведчики только что доложили, что видели войско фэйна на окраине леса. А всего несколько минут назад я своими глазами видел кожистые крылья над деревьями. Мы больше не можем задерживаться.

– Мы должны остаться здесь.

– Почему?

– Потому что так сказал Малькольм.

Нифрон в смятении уставился на нее:

– Потому что так сказал Малькольм?

– Да, и он настаивал.

– Да мне плевать, даже если он скакал голым по снегу и ругался как безумный. Не он командует этим войском, а мы с тобой.

– Но… – начала она.

– Персефона, вчера ночью кто-то протрубил в рог. Знаешь, что это значит?

– Да, вы все весьма доходчиво объяснили мне правила наследования престола. И я…

– Я имею в виду, что это значит для нас?

Этого она не знала и понятия не имела, на что он намекает, поэтому решила подождать, пока он просветит ее.

– После создания первого дракона Лотиан начал собирать войско для нападения. Он увеличил мосты Авемпарты и перебросил войска через Нидвальден. Паучий корпус занят тренировками, а Лотиан сотворил больше драконов. Намного больше.

– Я, как и ты, слышала доклады.

– Однако ты не слышала – и до сего утра никто из нас не знал, – что эти войска начали движение по той самой дороге, которую построил я, а с ними драконы. Они уже в лесу. Персефона, они перешли в наступление. Им было велено атаковать сегодня на рассвете.

Ты говоришь так, словно это окажется проблемой. Нифрон когда-нибудь захочет уйти?

Персефона обратила взгляд на северо-восток в сторону леса, но ничего не увидела. Она посмотрела на небо. Уже вечерело.

– Тем не менее они вроде бы не нападают. Почему?

– Потому что иногда, очень редко, боги бывают милосердны.

– Это имеет какое-то отношение к рогу?

– Да! Лотиан приказал переходить в наступление, но вчера ночью каждый солдат его войска слышал зов рога. – Нифрон ткнул пальцем в направлении леса. – Все они знают, что фэйн мертв, но не больше нашего знают, что это значит. Поэтому ждут новых приказов. К закату либо появится новый фэйн, либо кто-то еще протрубит в рог, и будет назначен бой. Так или иначе, времени, чтобы действовать, у нас в обрез, но кое-что мы все-таки получили: знание о том, что их войско получило драконов.

Я бы не повторял это столько раз, если бы было очевидно, что вам лучше оставаться здесь.

– Возможно, новый фэйн решит не нападать, – сказала она.

Нифрон изумленно посмотрел на нее:

– Неужели ты в это веришь? Наши разведчики насчитали десятки драконов – десятки, Персефона. Сури рассказала мне, что драконов создают, убивая любимых. Кем бы ни был новый фэйн, разве сможет он теперь остановить войну? Нет, смена фэйна ничего не меняет, но она спасла нас от полного истребления. Она дала нам достаточно времени, чтобы свернуть лагерь и отступить за пределы действия их драконов.

Поверх поваленных палаток Персефона вглядывалась в туманные границы леса.

Если вы уйдете, то проиграете войну.

– Мы не можем уйти, – повторила она.

– Персефона, оставаться здесь, когда мы беззащитны и уязвимы, равносильно массовому самоубийству. Теперь, когда Элисан мертв, а южное войско сожрали, у нас нет причин задерживаться.

– Время решает все. Мы не можем уйти, – настаивала она.