Эра смерти. Эра империи полностью

Он ткнул пальцем в их сторону – словно взмахнул мечом. Все в ужасе сжались.

– Уведите их! – крикнул он стражникам. – Снова заприте. И не давайте им есть, даже хлеба не давайте. Я не смогу есть, пока не получу настоящие ответы, пусть и они посидят голодные!

Стражники выпроводили группу, оставив Мовиндьюле одного в неудобном кресле.

Ему представлялись самые разные кошмары.

Кто это может быть? Чудовище? Трилос? Мой отец? Бог? Возможно, сам Феррол идет, чтобы покарать меня за совершенное преступление.

Насколько Мовиндьюле знал, не было еще такого, чтобы убийца фэйна трубил в рог, бросая вызов. Возможно, это действие нарушило какой-то закон вселенной и вызвало божество, несущее воздаяние. Как ни странно, он предпочел бы сразиться с Ферролом, нежели столкнуться лицом к лицу с отцом. Он представил, как Лотиан возвращается из мертвых, такой же черный и обуглившийся, с полными ярости глазами.

Уткнувшись головой в колени, Мовиндьюле зарыдал.

Похоже, слова Ивера подтвердились. Мелкие колючие снежинки сыпались им на головы и с шипением тонули в общей массе снега. Гиффорд обогнул утесы и вывел спутников в широкий каньон, освещенный светом Роан.

Она сияет ярче, чем Брин, – подумал Тэш, с удивлением обнаружив, что видит все от края до края. Между отвесными стенами лежала плоская белая долина, усеянная обломками моста.

Закинув руку Тэша себе на шею, Роан помогала ему идти, как когда-то помогала Гиффорду.

Я стал обузой.

Тэш глянул на Гиффорда, который нес на руках Трессу. Тот сиял все ярче и ярче.

Его питает Роан. Он живет ради нее. Ради кого живу я?

Добравшись до основания высокой колонны, они услышали звуки, которых прежде им слышать не доводилось. Как будто где-то гремел гром от бьющегося стекла. По всей длине зигзагообразного каньона, напоминавшего гигантскую трещину, виднелось красноватое свечение, становившееся все шире и ярче.

Гиффорд аккуратно опустил Трессу и запрокинул голову, оценивая предстоящее долгое восхождение.

– Их привлекает твой свет, Роан. Ты никак не можешь его приглушить? Можешь подумать о чем-нибудь ужасном?

Роан покачала головой:

– Даже если бы могла, вряд ли ты бы этого захотел. Чтобы подняться, нам обоим нужно быть как можно легче.

Только теперь Тэш осознал связь между легкостью и яркостью. Избавление от ноши означало просветление.

Роан прислонила Тэша к скале. Как будто он пьян, а они привели его домой.

– Я не смогу тебя нести. Ты должен подняться сам. Ты должен заставить себя подняться.

Тэш ощупал этот несчастный камень: сухой, шершавый, острый и жестокий.

– Не могу. Я слишком тяжелый.

– Можешь! Ты знаешь, что можешь. Ты просто должен решиться на это. И ты тоже, Тресса.

– Я туда ни за что не взберусь, – сказала та, глядя вверх, и издала звук, похожий на смех. – Даже не знаю, зачем вы меня сюда притащили.

Раскаты грома стали громче, горизонт заалел, словно на рассвете. Свет сделался ярче, но сохранил зловещий красный оттенок.

– Вы должны попробовать, – выпалил Гиффорд.

Отчаяние, с которым он произнес эти слова, помогло Тэшу принять решение.

– Я попробую, но при одном условии.

– Условии? – переспросил Гиффорд. – Опять?

– Не ждите нас.

– Ты просто снова опускаешь руки.

– Ничего подобного. – Тэш мотнул головой в сторону алого зарева. – Это займет время, а моя ноша и так достаточно тяжела. Я не могу добавлять к ней страх и чувство вины. Вы с Роан идите вперед. Мы либо выберемся, либо нет, но если я буду виноват в том, что у вас ничего не получилось, это никак не поможет.

Гиффорд бросил взгляд на Роан. Та покачала головой:

– Он лжет так же, как солгал Брин.

Гиффорд нахмурился и схватил Тэша за плечи.

– Обещай, что сделаешь это!

– Даю слово.

– Нет, – сказал Гиффорд. – Поклянись бессмертной душой Брин. – Тэш попытался оттолкнуть его, но Гиффорд не отпускал рук. – Я хочу, чтобы ты дал слово, что будешь стараться упорнее, чем когда-либо, и сделаешь все, чтобы взобраться по этой проклятой колонне. Поклянись!

Тэш молчал.

– Поклянись! Или, да поможет мне Элан, мы останемся тут, и нас сожрут. Ты этого хочешь, да?

– Нет.

– А ты ведь нас знаешь; мы так и поступим. Мы оба безумны. – Он посмотрел на Роан, которая тут же энергично закивала.

– Меня вообще никогда нормальной не называли, – без намека на шутку сказала она.