Эркюль Пуаро полностью

– Зато я обиделся.

Спокойно, как всегда, заговорила Элен:

– С твоей стороны, Джордж, будет очень мило, если ты уступишь дяде этот сервиз.

– Что значит «уступить»! – Брызгая слюной, Тимоти по-прежнему задыхался от возмущения.

Но Джордж отвесил Элен легкий поклон:

– Ваше желание – закон, тетя Элен. Я снимаю свою заявку.

– Действительно, Джордж, ведь сервиз тебе не нужен, – сказала Элен.

– Беда с вами, тетя Элен, в том, что вы слишком проницательны. Вы видите гораздо больше, чем должны были бы. Успокойтесь, дядюшка, чашки-плошки ваши. Я просто пошутил.

– Он пошутил, скажите на милость! – взорвалась Мод. – У дяди мог быть сердечный приступ!

– Полно, полно, – веселился Джордж. – Дядюшка, вероятно, переживет нас всех. Знаете, битая посуда...

Тимоти пронзил его яростным взглядом.

– Я не удивляюсь, – прорычал он, – что Ричард разочаровался в тебе.

– Что такое? – Все добродушие Джорджа словно рукой сняло.

– Ты ведь заявился сюда сразу после смерти Мортимера, надеясь, что Ричард сделает единственным наследником тебя, верно? Но мой бедный брат быстро тебя раскусил. Он знал, куда уплывут денежки, если попадут в твои руки. Удивляюсь, что он вообще тебе что-то оставил. Лошади, игра, Монте-Карло, иностранные казино, а может, и что-нибудь похуже! Ричард подозревал, что от тебя всего можно ожидать!

Крылья носа у Джорджа побелели, но он сказал довольно сдержанно:

– Поосторожнее в выражениях, дядя.

– Я плохо себя чувствовал, и не смог приехать на похороны, – медленно продолжал Тимоти, – но со слов Мод я знаю, что сказала Кора. Кора всегда была дурой, но если в ее словах что-то есть, я знаю, кого подозревать...

– Тимоти! – Мод встала, спокойная и несокрушимая, как скала. – У тебя был трудный вечер. Подумай о своем здоровье! Я не могу допустить, чтобы ты снова заболел. Ты сейчас же пойдешь со мной, примешь успокоительное и ляжешь в постель. Элен, мы возьмем споудовский сервиз и мебельный гарнитур. Надеюсь, возражений не будет?

Ее взгляд обежал собравшихся. Все молчали, и она решительным твердым шагом вышла из комнаты, поддерживая под локоть своего мужа и отстранив мисс Гилкрист, нерешительно топтавшуюся на пороге.

– Изумительная женщина! – прервал затянувшееся молчание Джордж. – Одно слово, изумительная! Я бы поостерегся мешать ее триумфальному шествию.

Мисс Гилкрист снова неловко села и пробормотала:

– Миссис Абернети всегда так добра.

Ее слова упали в пустоту.

Майкл Шейн внезапно рассмеялся:

– Знаете, я просто наслаждаюсь всем этим. Это ведь ожившая сцена из «Наследства Войси»! Кстати, мы с Розамунд хотели бы получить малахитовый стол из гостиной.

– Ну уж нет! – воскликнула Сьюзен. – Его хочу взять я.

– О боже, все начинается снова! – Джордж в комическом ужасе поднял глаза к потолку.

– У нас нет необходимости ссориться из-за этого, – сказала Сьюзен. – Дело в том, что стол мне нужен для салона красоты, который я намереваюсь открыть. Именно такое цветовое пятно там необходимо. Я поставлю на него большой букет восковых цветов. Все вместе будет изумительно смотреться. Восковые цветы найти довольно просто, а вот с малахитовым столом будет посложнее.

– Но, дорогая, – воскликнула Розамунд, – мы ведь хотим взять стол как раз для нашей новой постановки. Как ты правильно сказала, это будет необходимая цветовая гамма, а к этому – или восковые цветы, или коллекция чучел колибри. Это будет так стильно!

– Понимаю, – кивнула Сьюзен, – но не думаю, что твои доводы весомее моих. Ты можешь взять для сцены любой раскрашенный под малахит стол из реквизита, а для моего салона нужна подлинная вещь.

– Вот что, леди, – вмешался Джордж. – Почему бы не решить это дело по-спортивному? Скажем, бросить монетку или разыграть в карты? К тому же это будет весьма стильно, вполне в духе времени изготовления этого стола.

Лицо Сьюзен озарилось очаровательной улыбкой, она казалась, как всегда, уверенной в себе.

– Мы с Розамунд поговорим об этом завтра.

Джордж с интересом переводил взгляд с ее лица на лицо Розамунд, на котором было рассеянное, почти отрешенное выражение.

– А на кого вы поставите, тетя Элен? – спросил Джордж. – Я бы сказал, шансы почти равны. На стороне Сьюзен – решительность, а Розамунд так поразительно целеустремленна.

– А может быть, отказаться от колибри? – пробормотала Розамунд. – Одну из этих больших китайских ваз можно переделать в прелестную лампу с золотистым абажуром...

Мисс Гилкрист поспешила внести свою лепту в установление мира:

– В этом доме столько прекрасных вещей. Зеленый стол просто прелесть. Я такого никогда не видела. Он, должно быть, дорого стоит.

– Его стоимость, конечно, будет вычтена из моей доли наследства, – сухо откликнулась Сьюзен.

– О, простите, я не хотела сказать... – Мисс Гилкрист не знала куда деваться от смущения.

– Стоимость стола можно вычесть из нашей доли, – вставил Майкл. – Даже добавив для ровного счета восковые цветы.

– Они так чудно выглядят на этом столе, – механически обронила мисс Гилкрист. – Так к месту, так художественно.