Искомая нами Йокосука обнаружилась на западном берегу залива, а в пяти верстах от неё нашлась и Йокогама. Оставив громадную тушу «Фортуны» у входа в бухту пугать мирных японцев, «Тур» на милю углубился в залив, встал левым бортом к берегу между двумя военными портами и развернул башни в их сторону.
– Всем орудиям по одному холостому выстрелу поочерёдно с интервалом в минуту, – я видел, что капитан тянул время, стараясь избежать ненужных жертв.
После первых двух холостых выстрелов акватория замерла, а потом вся плавучая мелочь стала разбегаться по сторонам. В портах началась суета, как в разворошённом муравейнике. И только спустя полчаса капитан отдал приказ:
– Спецбоеприпасами по сооружениям порта, верфям, докам, арсеналам огонь!!
Всю линию берега сотрясли восемь огромных взрывов, поднявших в воздух кучи железа. Через минуту бабахнул ещё один залп. Порт Йокосука затянуло пылью, дымом и гарью большого пожара.
– Перенести огонь на порт Йокогама. – Супрунов сурово прищурился, – Цели такие же. Огонь!!
Вскоре запылали растерзанные сооружения, и дым затянул весь Токийский залив. Остался лёгкий тревожный осадок, поскольку наверняка под бомбёжку попали и гражданские люди, но на войне, как на войне, жертвы неизбежны, к тому же они имели достаточно времени бежать из порта.
Вот Япония и начала хлебать вонючее варево, которым хотела насильно накормить Россию, а тошнить будет Англию, затеявшую эту кровавую дурнину и вложившую в неё и потерявшую немалые деньги. А, когда до замороженного сознания царя Николая всё-таки дойдёт, что вместе с Российской империей лимонники буквально заталкивают императора в пропасть, то рано или поздно он просто обязан устроить трёпку англо-саксонской сволочи. Надеюсь, что и сама Россия после этой подлой войны проснётся, стряхнёт с себя оцепенение и пошлёт всех западных пакостников к едрёной маме.
На другой день при нашем приближении порт Нагасаки опустел, будто вымер. Видимо, слухи из Йокосуки разлетелись по всем островам. Обстреляли порт с хода и на ходу, положив в портовые сооружения восемь спецбоеприпасов. Оставив за спиной горящие доки и верфи, мы, не задерживаясь, двинулись к главному гадючьему гнезду, к основной базе японского военно-морского флота.
Порт Сасебо прятался в левом отроге длинного тройного залива. Не успел «Тур» в него войти, как с берегов ударили береговые батареи, судя по взрывам шестидюймовые. Водяные столбы взрывов окружили наш крейсер, потом фугасы стали рваться на бортах и надстройках, осыпая палубу тучами мелких осколков. Не желая ввязываться в никчемную перестрелку, капитан Супрунов повёл «Тур» дальше, держась левой стороны залива, чтобы не пропустить нужный отрог.
Но пропустить его было сложно, поскольку оттуда выскочили четыре миноносца с явным намереньем всадить в нас свои торпеды. По команде начарта замолотили наш средний и малый калибр с обеих бортов, к которым чуть погодя подключились крупнокалиберные пулемёты.
Разрывы обычных фугасов вдрызг разнесли маленькие кораблики, один за другим ушедшие под воду с разными несовместимыми с жизнью повреждениями. Лишь один успел подобраться на дистанцию пуска торпеды, которая в метрах в двадцати за кормой попала в мощную кильватерную струю, изменила курс и затонула.
Как выяснилось, в порту стояли оба старых броненосца «Фусо» и «Чин-Иен», которые и попытались вместе с береговыми батареями взять «Тур» под накрытие. Будь наш крейсер обычным кораблём, с десяток попаданий шести- и десяти дюймовыми фугасами натворили бы немало бед. Но сегодня на рейд Сасебо пожаловал «Тур», броня которого легко выдержала прямое попадание торпеды. Разрывы, дым и осколки на некоторое время ухудшили видимость, но, выйдя из дымного облака, крейсер развернулся бортом и повернул веером все орудия. Я чуть сморщился, понимая, что наступают последние минуты жизни японского флота.
После жутких взрывов броненосцы затонули прямо на месте, а на «Фусо» ещё и рванул снарядный погреб носовой башни, выбросив метров на двести яркое кордитное пламя. Потеряв нос и корму, «Чин-Иен» чинно затонул на рейде, оставив на поверхности макушку надстройки и часть мачты. Потом три полных залпа спецбоеприпасами превратили Сасебо в лунный ландшафт. Главная база японского флота исчезла с лица земли и моря. Вот теперь с чистой совестью можно наведаться и в Порт-Артур с финальным визитом.
Погода начала выправляться, и температура перевалила через ноль в плюс. Развеялась облачность и солнце пригрело замершие от стужи и войны землю и море. Во всём чувствовалось дыхание весны. В такую погоду сам бог велел заявиться с визитом к нашим морякам. Пора познакомиться, поговорить по душам и сворачивать экспедицию, ибо подходило предусмотренное планом время, когда в Порт-Артуре должен открыться портал.
