Тележку с малышкой и кучей товаров катил Саша, похожий на мать, такой же белокурый и светлоглазый, рядом с ним катил свою Никита. Старший брат, увидев отца, нахмурился и предупредил младшего:
– Никитос, видишь, кто с мамой? Учти, без эмоций, а то я знаю тебя. Он про нас забыл, а ты готов кинуться к нему, да? Ладно про меня забыл на семь месяцев, я всегда был сознательно плохим, но про тебя, такого хорошего, тоже не вспомнил.
– Мальчики, добрый вечер, – поприветствовал их Даниил.
Дети скупо поздоровались. Раньше Данилов придрался бы к мальчишкам, а то и взбесился, потом по телефону наговорил бы кучу нелюбезностей Полине, которая, по его мнению, настраивает детей против него. Нет, не наговорил бы, она же никогда не берет трубку, он произносит негодующие монологи в одиночестве, стенке высказывает свои претензии, представляя, что это бывшая жена. Однако в нем какие-то перемены произошли, да времени нет, чтобы понять себя, и Даниил переключил внимание на малышку:
– А что это за девочка? Ты чья, малышка?
– Мамина, – ответила Маша кокетливо.
– Ты вышла замуж? – повернулся к Полине он, фальшиво радуясь за нее, что было нарисовано на его холеной физиономии.
– Еще чего! – фыркнула та. – С меня замужеств довольно, есть более интересные дела и обязанности. Дети, идем к кассам, нам ехать далеко.
Мальчики покатили свои тележки вперед, Полина и Даниил шагали за ними, конечно, он поинтересовался:
– Славная девочка. Сколько тебе лет?
– Три с половиной года, – ответила Маша громко.
– Она отлично говорит…
И осекся. Счетчик в его голове работает не хуже компьютера, ведь он всегда имел дело с космическими цифрами, а тут арифметика для первого класса, Даниил остановился, взяв за плечи Полину, развернул к себе, почти с ужасом произнес:
– Так эта девочка… она что, моя?!
– Ох, как испугался… – коварно улыбнулась Полина. – Не обольщайся, Даник, не думай, что ты один на свете мужик.
– Но если ей три с половиной… сосчитать нетрудно. Почему ты мне не сообщила о ней? Что за банально-забито-избитый мелодраматический сюжетец накрутила?
Полина шагнула к нему ближе с коварной улыбкой, глядя в его наглую… то есть в его лицо, шепотом, с садистским наслаждением выдала каскад из слов, болезненных для самолюбия любого мужчины, как она полагала:
– Остынь, Данилов, Машутка не твоя. Время прошлое, поэтому с легким сердцем каюсь: я изменила тебе. Да, да, да… О, вижу, не нравится, что, еще будучи твоей женой, я наставляла тебе рога, так и у меня они выросли до неба, неужели забыл? Видишь ли, Данилов, я не дура, заметила, что ты бегаешь налево… почувствовала, как говорится, шкурой. В неведении жить тяжко, я проследила за тобой… и тогда тоже несколько раз сбегала налево. В отместку тебе, ну или чтобы мне было не так обидно за доверие и глупую верность. Мы квиты. А результат – моя Машутка. Да ты сам посмотри, какая она красивая, ну, точно не в тебя.
Обалдеть! Даниил смотрел в торжествующие глаза бывшей жены, на ее счастливую улыбку и… не верил ни одному слову. Следующая его фраза выговорилась самостоятельно, он не контролировал, что говорит:
– Неправда, ты бы закатила скандал, если б выследила.
Не понравилась Полине его улыбка, странноватая и загадочная, словно что-то знает, но не говорит, ее эта дурацкая улыбка задела, с жаром она выпалила:
– А я решила терпеливо готовиться к нашему разводу.
– Неправда, я знаю тебя, ты не могла так поступить даже из мести.
– Ха! Но ты же не платишь алименты на нее, потому что я не подавала. Зачем? В момент выяснилось бы, что Маша не твоя.
– Все равно не верю.
– Как хочешь.
Полина поторопилась к кассе, там ребята уже выкладывали покупки на ленту, она помогла им, вдруг поступило щедрое предложение от бывшего:
– Я оплачу ваши покупки.
– А вот этого не надо, – категорично отказалась Полина, став серьезной и даже немного враждебной, предупредительно выставив перед ним указательный палец. – Хватает того, что твой бухгалтер высылает на мальчиков. И чтобы ты грешным делом не подумал, будто я трачу деньги на мою дочь, ставлю тебя в известность… Я не тратила твои деньги, детей содержу на свои, а твои лежат на счету. Можешь проверить в любое время, все, что высылает твой бухгалтер, до копейки цело, снимаю только проценты, они на отдельном счету, это уже мой заработок, я удачно вложила, я и трачу. Когда мальчики вырастут, разделю поровну твой вклад и отдам им.
– Не понял, зачем такие сложности?
– Чтобы ты не вздумал попрекать, будто содержал и меня.
– Зачем ты это говоришь? У меня мысли не было…
– Мысли тебе подскажут дома, поэтому упреждаю. Мальчики, – поторопилась она к детям, – везите к машине тележки. Сколько с нас?
Расплатившись, Полина с добрейшей улыбкой помахала Даниилу ручкой и двинула к выходу. Пока он, заплатив за коньяк, выбежал на парковку, их уже не было.
…на месте, заметив Данилова, вышел из машины, которая стояла рядом с незнакомым микроавтобусом, подошел к нему.
– Я, кажется, опоздал, прошу прощения, – извинился Даниил.
