Филиппов медленно пересек холл – уже прибранный и начищенный до зеркального блеска домашними автономными роботами, и направился к кабинету Вишнякова. Там, сняв цифровую печать и включив свет, прошел к столу. Его интересовали записи в блокноте и те пометки, которые оставил Вишняков в книгах. И еще – «Сайман»: с чем бы он ни был связан, но он был важен.
Филиппов не занимал кресло погибшего – от ледяного ощущения в груди и по затылку было не избавиться, поэтому включив компьютер ученого, он стоял, упершись ладонями в столешницу. Было прохладно – умный дом за неимением обитателей, определенно, перешел в режим энергосбережения.
Филиппов ввел слово «Сайман» в поисковик, а пока система выбирала соответствия в наименованиях папок и содержании документов, решил просмотреть записи Вишнякова, но… книг не оказалось.
– Что за бред? – пробормотал Филиппов: он точно помнил, что стеллаж с книгами находился у стола, он даже внешне помнил корешки книг. Сейчас стеллаж был пуст. Кто-то переставил книги из закрытого и опечатанного кабинета? Филиппов на всякий случай проверил архив цифровой подписи на кабинете Вишнякова – сюда, действительно, никто не входил с самого вчерашнего дня, когда он собственноручно ввел код и запер помещение.
С поисковым запросом тоже не все было гладко – по слову «Сайман» ничего не найдено. Филиппов исправил на «Саймен» и снял флажки со требования о строгом соответствии запросу. Вернулся к книгам Вишнякова. Федот Валерьевич обладал довольно крепкой зрительной памятью, долгое время ее тренировал, считая, что дедуктивный метод Шерлока Холмса все еще актуален, особенно в окружении многочисленных гаджетов и вспомогательных устройств – любое из них могло вытащить из памяти мельчайшие подробности из прошлого, если ты знаешь, о чем спрашивать. Вот для этого он и тренировал память. Сейчас, прикрыв глаза, он с точностью до сантиметра мог восстановить в памяти какие книги и как стояли на стеллаже у стола Вишнякова. Открыв глаза, он скользнул взглядом по книжным полкам. Вот этот томик, что уложен поверх остальных книг, он был с пометками Арсения Владимировича. Филиппов подошел к книжному шкафу и снял книгу. «Семантический анализ долгосрочной памяти» Богатова. Рядом, между черными корешками медицинской энциклопедии обнаружилась и другая книга – «Биохимические реакции основных отделов головного мозга антропоморфного существа в первой и второй стадии адаптации», кандидатская диссертация некто В.С.Антиповой, защищавшейся три года назад на кафедре нейромодуляции МГУ. Томик за томиком Филиппов собрал все книги, лежавшие рядом с Вишняковым в день его смерти, однако так и не смог найти ответ на вопрос – как они оказались на книжных полках. Возможно, кто-то из роботов постарался, возможно, продвинутая система управления домом ученого предусмотрела и такие алгоритмы.
Он подошел к компьютеру, надеясь, что поисковая система порадует ответом на его запрос. Но нет – неудача, окно по-прежнему оставалось девственно чистым.
– Что за черт?
Не мог же Вишняков не работать дома над трудом, о котором говорит и знает вся научная братия? Он не рассчитывал найти сами файлы – прекрасно помнил, что все они удалены. Но метаданные о файлах и их наименованиях должны были сохраниться с проводнике.
– Ну, хорошо же… – Он провел кончиками пальцев по корешкам снятых с полок книг и вызвал голосовой помощник. – Открой реестр содержаний папок, включая архивные и удаленные, по всем носителям, включая временные и съемные. Запрос: «Сайман». Вывести результат на экран.
На мониторе появилась шкала загрузки, а в оранжерее, за дверью кабинета, отчетливо почувствовалось движение.
Филиппов вскинул голову, прислушиваясь. Вытащил из кобуры пистолет с нейропатроном. Таким не убить, но парализовать на несколько минут можно.
Шагнул к двери. Толкнул дулом и медленно выглянул в темноту. Темные тени по-прежнему тревожили благородные черты обстановки, морщили и царапали своими черными ветками и рассекали колючими лапами. Но было что-то еще. Оно двигалось совсем рядом, мягко и абсолютно бесшумно. Скользило между пузатыми кадками с тропическими пальмами и ветвистыми розами – Филиппов готов был поклясться, что видел его тень. Небольшая, не выше метра, вытянутая фигура. Возможно, это был человек, но тогда он передвигался на четвереньках. Или андроид не антропоморфной формы.
Филиппов шагнул в темноту, провел по виску, активируя виртуальный очки – они могли видеть в темноте. Перевел в тепловизор, и тут же понял, что ошибся – холл затопила непроглядная тьма. Живых здесь не было. Как не было и работающих механизмов. Тогда что? Филиппов нахмурился, отключил очки и прислушался: движение было совсем рядом, в паре метров от него. Он вгляделся в темноту – за гортензией кто-то прятался.
– Выходи!
