– Обувь! Обувь! Обувь! – Потом показал на босые ноги охотника и сказал: – Нет обувь! – И хрипло расхохотался.
Марти и его спутницы тоже засмеялись, правда неуверенно, и Марти решил представиться снова. Ткнув себя в грудь, он объявил:
– Мартин.
Вождь указал на грудь Мартина:
– Мартин.
– Да!
– Да!
Марти показал на грудь вождя.
– Имя?
Вождь коснулся своей груди.
– Имя.
– Он знает, что такое «обувь», но не знает, что такое «имя»? – удивилась Рэд. – Кто учил его английскому?
Вождь вытянул руки, хвастаясь своими украшениями. Трое часов были аналоговыми, одни – цифровыми. Все не работали. Он сказал:
– Часы.
– Очень красивые, – похвалил Марти, потом выставил свои часы.
– Часы.
– Часы, – повторил вождь, глядя на них. Он показал на кисть Рэд, потом на кисть Джеки, на кисть охотника, говоря всякий раз:
– Нет часы.
И всякий раз заливался смехом.
Такой материализм старца пришелся Марти по душе, и он тоже рассмеялся, вполне искренне.
Вождь снова указал на часы Марти и сказал:
– Нет часы.
Марти нахмурился:
– Часы.
– Нет часы.
– Часы.
– Нет часы.
– По-моему, он хочет твои часы, Марти, – предположила Рэд.
– Еще чего выдумала!
– Откуда, по-твоему, у него столько часов? Наверняка подарки предыдущих посетителей. Придется тебе отдать ему свои.
– Сейчас, как же! Рэд, это «Ролекс».
– Отдай, Марти, – сказала Джеки. – Тогда, возможно, он нас отпустит.
Кляня все на свете, Марти отстегнул «Ролекс» и вытянул руку, золото на восемнадцать карат ярко заблестело. Вождь принял часы обеими руками. Бегло оглядев подарок, он надел часы на левую кисть, рядом с «Касио» стоимостью в пятьдесят долларов, и сказал:
– Друг.
Вождь показал своим новым «друзьям» всю деревню, пытаясь общаться с помощью отдельных английских слов, мимики, жестов и знаков руками. Он позвал одного из соплеменников – показать, как они разводят костер, а другого – как правильно целиться из лука. В конце концов они оказались за длинным столом в просторной общинной хижине, где пожилая женщина угостила их пальмовыми орехами, завернутыми в бетелевые листья, а также довольно крепким самогоном, налитым в кокосовую скорлупу. Марти собирался ограничиться одним глотком ужасного на вкус варева – как и Рэд с Джеки, судя по отвращению на их лицах, – но вождь уговорил их допить все до последней капли. Чуть позже старуха вернулась – голова у Марти уже шла кругом, – принеся блюдо с олениной и медом. А в кокосы долила самогона. Еда была вкусной, и алкоголь пошел легче. Марти знал: Пип начнет беспокоиться, что они до сих пор не вернулись на «Оаннес», и он уже раз пять предлагал Рэд и Джеки покончить с этой гулянкой и отправиться назад. Но они его не слушали. Спирт явно ударил им в голову, и они стали заигрывать с вождем, подтрунивать над его наручными часами и выбором одежды (зная, что он не понимает, о чем они говорят). Они также пытались научить его всему без разбора – от новых английских слов до замысловатых рукопожатий и детсадовских игр в ладушки. Все это выглядело нелепо, особенно если учесть, что поначалу они приняли это племя за кучку кровожадных людоедов.
Чуть позже двух часов – время Марти подсмотрел на отобранном «Ролексе» – группа танцоров исполнила для них неистовый ритмичный номер с барабанами, зелеными ветвями и быстрыми притоптываниями, от которых их тела словно вибрировали. Марти решил, что это ритуальное представление, возможно общение со стихиями или языческим богом. Так или иначе, зрелище завораживало, и он не мог оторвать от него глаз.
Ближе к кульминации молодая женщина достала из плетеной корзины череп и стала подбрасывать его в воздух, а сама тряслась и прыгала по кругу, дергала головой, заставляя метаться черные волосы.
– Охренеть! – воскликнула Рэд.
Марти потерял дар речи.
Это был череп русалки.
Когда представление закончилось, Марти быстро подошел к танцовщице с черепом. Она с гордостью выставила его напоказ, давая рассмотреть сагиттальный гребень, ярко выраженную надбровную дугу и выпуклую лобную кость. Все мутации в точности напоминали мутации черепа, оставшегося в сухой лаборатории на «Оаннесе», и это практически подтверждало: русал в брюхе белой акулы не был чем-то исключительным. Такие же существа были где-то здесь, рядом! И обитали в районе этого острова. Ты почти у цели, братишка Марти! Совсем близко!
К нему подошли Джеки, Рэд и вождь, и вождь начал что-то бубнить о черепе. Марти готов был отдать все на свете, чтобы понять его.
– Где? – спросил он.
– Где? – переспросил вождь.
– Господи, – простонал Марти. – Как до него достучаться?
Джеки указала на череп, затем поднесла руку к глазам, изображая, что осматривается вокруг.
– Где? – повторил вождь.
– Да, где? – огрызнулся Марти. – Где, черт возьми, ты его нашел?
– Полегче, Марти, – одернула его Рэд. – Он тебя не понимает.
– Знаю, что не понимает. Но это же простой вопрос, разве нет?
Рэд коснулась запястья вождя, чтобы привлечь его внимание. Указала на череп, потом недоуменно пожала плечами, поворачиваясь влево и вправо, будто что-то искала.
Вождь произнес слово, которое, как они уже поняли, имеет отношение к самогону.
