В таком же духе высказался, выступая в октябре 1917 года в Совете Республики, один из учредителей Еврейской народной группы адвокат Моисей Гольдштейн. Он подчеркивал «государственность» еврейского народа. Говоря о большевиках и интернационалистах, Гольдштейн сказал, что им «для своей деятельности пришлось трижды отречься от еврейства: от своей национальности, от своей религии и от своего имени».
C таким же успехом можно было бы объявить не принадлежащими к своему народу революционеров русского происхождения на основании того, скажем, что они не исполняют православных обрядов. Полагаю, что активное участие евреев в русском освободительном движении объяснялось не столько разрывом с еврейством, который декларировали многие революционеры-интернационалисты, сколько принадлежностью к нему. Утверждая это, я имею в виду не некие мистические причины, к примеру сходство иудейского мессианизма с марксистским, о чем писал Николай Бердяев, а вещи гораздо более прозаические. Согласно Бердяеву,
Сходные мысли высказывал Георгий Федотов:
Здесь же он не без иронии заметил: «Еврейская революционная интеллигенция подрывает тот самый капитализм, в котором так уютно чувствовала себя еврейская буржуазия».
Очевидные социально-экономические и политические факторы неизбежно должны были привести значительную часть еврейства в оппозиционный лагерь. Понятно, что еврейский народ не уполномочивал российских революционеров еврейского происхождения, будь то большевики, эсеры или члены других российских революционных партий, выражать свои интересы. На представительство интересов
Видными социал-демократами стали внуки издателя Александра Цедербаума: Юлий Мартов, Сергей Ежов и Владимир Левицкий, а также внучка Лидия, по второму мужу – Дан. Внуки московского чайного короля Вольфа Высоцкого Михаил и Абрам Гоцы и Илья Фондаминский (Бунаков) вошли в число лидеров другой российской партии – социалистов-революционеров.
