Джулия поднялась с кресла, приблизилась и заглянула ему в глаза. Илюша с любопытством смотрел на неё. Уроженка Неаполя, она несла в себе врождённый темперамент юга. Выразительные глаза горели жгучим огнём, а спадающие на плечи чёрные волосы контрастировали с белой кожей лица и красной помадой, очерчивающей красивый чувственный рот. Его охватило лёгкое волнение, знакомое всем мужчинам, оказавшимся наедине с женщиной, намеренье которой было очевидным. Она положила ему на плечи мягкие холёные руки и поцеловала.
— Я женат, — попытался остановить её он.
— Так что же, ты осмелишься отказать женщине?
— Но я люблю другую женщину.
— А я и не претендую на твою любовь. Я лишь предлагаю тебе короткий романтический флирт. Милый, жизнь артиста не может проходить без увлечений, дарующих радость и вдохновение. Поверь мне, хоть я и молодая женщина, но мы раньше вас начинаем сознавать всё многоцветие бытия.
Лёгкое опьянение от коньяка и её взволнованный голос вызвали в его душе и теле томление, и желание овладевало им.
— Ты права, Джулия. Перед твоей красотой и умом невозможно устоять.
Илюша поцеловал её в дрожащие губы, подхватил на руки и понёс к постели. Они проснулись утром умиротворённые бурной страстью. Их одежда в беспорядке валялась на паласе, покрывающем пол, а они обнажённые лежали под одним большим одеялом, касаясь друг друга молодыми телами. Она поднялась первой и, не стесняясь своей великолепной наготы, пошла в душ, по пути поцеловав его в плечо. Он открыл глаза и, осознавая вину перед Яной, встал с постели, быстро оделся и вышел из номера, бросив на ходу через приоткрытую дверь, что ждёт её на завтраке. В гостиничном номере он вынул из чемодана записную книжку и подошёл к телефону.
— Шимон, здравствуй, это Илья.
— Я рад тебя слышать. Как выступил в Хайфе? Там хорошая акустика.
— Всё в порядке. Сегодня днём возвращаемся. Вечером у нас концерт.
— Я знаю. Постараюсь прийти и увидеться с вами.
— Я вот почему звоню. Вчера встречался с импресарио. Серьёзный человек. Предлагает большие гастроли. Ты в этом разбираешься?
— Не очень. Поговори с Диной Иоффе. У неё богатый опыт.
— Спасибо, Шимон.
Илюша положил трубку и набрал номер Дины. Она согласилась помочь в переговорах. С Гербертом Шлиманом договорились встретиться в вестибюле гостиницы «Шератон» в половине шестого.
Из Хайфы добирались на поезде. Джулия с любопытством поглядывала на пассажиров и на проносящиеся мимо пейзажи.
— Знаешь, Илья, очень напоминает южную Италию. Небогатая природа, но очень выразительная. А эвкалиптовые рощи просто прелесть.
— Ты была в Иерусалиме?
— У меня завтра экскурсия. Я же католичка. Не могу не посетить христианские святыни, Храм гроба господня, Виа Долороза, Вифлеем.
Они вышли на центральном вокзале и к часу дня на такси добрались до гостиницы «Метрополитен». Из номера он позвонил Яне на работу. Договорились встретиться в фойе в три часа.
Она появилась в назначенное время и, увидев его, энергичным шагом подошла к нему. Он предложил ей подняться в номер, опасаясь неловкой встречи с итальянкой. Но нередко случается как раз то, что человек пытается избежать. При выходе из лифта они столкнулись с Джулией. Она улыбнулась Илюше и бросила изучающий взгляд на Яну.
— Жду тебя на выходе в половине восьмого.
Двери лифта закрылись перед носом удивлённой Яны. Она взглянула на него.
— Илюша, кто это?
— Лауреат конкурса. Мы с ней разделили первую премию.
— Ты был с ней в Хайфе?
— Конечно. У нас совместный концерт.
— Я вчера звонила тебе в номер несколько раз ночью. Тебя не было.
Он ошарашенно посмотрел на Яну, не находя ответа.
— Мы с ней допоздна сидели в баре. Потом уже за полночь отправился спать.
— Ладно, не буду тебя спрашивать. Ты всё равно обманывать не умеешь.
Они вошли в номер, и Илюша попытался её поцеловать. Она отстранилась и попросила приготовить кофе. Он набрал в чайник воды и вскипятил его. Потом разорвал два пакетика с турецким кофе и высыпал в чашки их содержимое.
— Спасибо, хороший кофе.
— Как Анечка?
— В порядке. Всё спрашивает меня, где папа, а я не знаю, что ей сказать. Я оставила её у мамы. Ты говорил с Мирой?
— Ещё нет. Хочу сначала помочь ей с работой. Это мне, похоже, удалось. Брат свёл нас с влиятельным человеком в Иерусалимской музыкальной академии. Понимаешь, для неё это будет серьёзный удар. Родители попросили меня не торопиться. Согласись, человеку легче всё перенести, когда у него есть, по крайней мере, какой-то заработок.
— Ты прав, конечно. Из-за твоей врождённой доброты тебе трудно обидеть женщину. Но я ведь тоже женщина. И мне больно и обидно. Я же нашла в себе смелость порвать с любящим меня мужчиной. Дура я. Как увидела тебя, поверила, что всё пойдёт, как по щучьему веленью. Теперь расхлёбываю кашу, которую заварила.
— Яночка, я же люблю тебя.
— А спал с Мирой, небось.
— Я сегодня подпишу соглашение с импресарио о гастролях. У еду на несколько месяцев.
— Вот тогда и поговорим. Не провожай меня, — сказала Яна и, решительно поднявшись с кресла, направилась к выходу.
