— Что — ты меня? — небрежно поинтересовался я. — Отагришь? Ну давай, рискни здоровьем, посмотрим, как это у тебя получится. И на всякий случай — это не неписи. Я уже говорил — это мои друзья.
— Ну вообще-то он тут не один, — заметила девушка-маг, перехватывая посох поудобнее. Остальные тоже ощутимо напряглись, взявшись за оружие. Сделал привычное и отработанное движение рукой и Ойголинн.
Гунтер мелодично прошуршал мечом по ножнам и занял место справа от меня. Флоси, бурча что-то про совсем ополоумевших шлюх и таких же дуболомов в жестянках, достав секиру, встал справа. Я сунул руку в сумку и нащупал рог Дикой охоты. Черт с ним, мне этот клан давно как шел, так и ехал. Будет черный список — ну значит, будет черный список, я за всю игру вот так, чтобы не нарочно, только раз сокланов и встретил. Хорошие, кстати, были ребята… Ну и еще, конечно, нельзя забывать о Рейнеке с Кро…
— Вы совсем одурели? — наконец проснулась Элина. — Мечи в ножны!
Народ послушался.
— Надо молодого поучить, — заупрямился рыцарь. — Он совсем нюх потерял!
Э, милый, зря ты так. Леди Марина вряд ли поставит мне в зачет то, что я не отвечаю хамам.
— Не говори, братишка, не та игра стала. — Я подошел к нему и приобнял его за жестяные плечи, от чего он аж передернулся. — Мало в какой локации найдешь порядок и стабильность. Вот ты вроде одет цивильно, и мы, ветераны, это понимаем. А вот подойдет какой-нибудь нубяра да и крикнет тебе вслед: "Железный дровосек". Да еще и буквы кое-какие в слове "дровосек" заменит, подлюка такая. И все. Хоть персонажа меняй. Представляешь? А если не один?
Рыцарь застыл, Элина страдальчески сделала брови домиком, раздался смех. Кто-то сказал:
— А кстати да! Я давно замечал.
Лотар скинул мою руку с плеч и, похоже, всерьез собрался драться.
— Я должна повторить? — В голосе Элины зазвучала сталь.
Лотар неохотно закинул топор на плечо.
— Гунтер, Флоси, отбой, — скомандовал я негромко. — Потом этого Буратинатора поучим.
— Кого? — немедленно уточнил любознательный фон Рихтер.
— Да вот, деревянного человечка в жестяной банке, сделанного на радость людям. — Я кивнул на рыцаря, который так скрипел зубами, что было слышно всем. — Ладно, соратнички, — хмыкнул я. — Пошли к ярлам.
Было ясно, что дальше, что бы ни произошло, хорошего отношения в клане мне больше не видать. Я, если честно, так и не понял до конца, чего я завелся, конфликт-то можно было потушить. То ли потому, что я в прямом эфире, то ли потому что не выспался, то ли действительно меня задело отношение к Гунтеру и Флоси, с которыми я уже пуд соли съел и телегу дерьма, а с этими фраерами с конфетной фабрики под названием клан "Буревестники", которому я все время должен, я скорее всего и на одном поле бы не сел. В общем, сам не знаю. Но ни ощущения сделанной ошибки, ни печали я не почувствовал.
У причала около свай наконец-то произошла встреча всех сторон, задействованных в сегодняшнем морском сражении. От клана рядом с нами стояла Элина. Ярлы внимания на нее вообще не обращали — кто всерьез воспримет женщину-переговорщика? После краткого представления сторон друг другу (с именами ярлов я угадал) мы перешли к самой важной теме. Не для нас, для морских королей.
— Деньги где? — откашлявшись, солидно спросил Хрольф.
Я протянул ему мешок с золотом.
— Тут все двадцать, разделите сами. Все по-честному?
— Да, уплачено, претензий нет, — подтвердил Коротконогий, заглянув в мешок и попробовав пару монет на зуб. Молот кивнул.
— Услышано, — сказал Свен.
— Подтверждаю, — кивнул Гуннар. — Поговорим о добыче?
— По трети на брата, — немедленно сказал Фроки.
— Где здесь мы? — не понял я.
— А вас тут нет, вы пассажиры, — объяснил мне Фроки.
— Да прямо, — возмутился я. — За проезд и за девку уплачено отдельной статьей. Давайте по-честному — у нас рейд на равных правах и на равных долях, без нас вы бы и не поехали никуда. Так что — по четверти каждому.
Ярлы собрались мне что-то возразить, но тут в разговор вмешался Гуннар.
— Мне доля не нужна, — заявил он.
Мы уставились на него в ожидании комментария к этому заявлению.
— Но Торсфель Кривой — мой. Если встретите его — не убивайте, — сказано это было тоном, исключающим обсуждение.
— Если я верно понял, — уточнил я, — ты не получаешь воинской добычи, но забираешь себе их капитана. Так?
— Да.
— А если это отродье Гримнира само мне под топор подвернется? — спросил Фроки. — Что тогда?
— Тогда моим врагом будешь ты, — пожал плечами Гуннар.
Фроки кивнул и сказал Хрольфу:
— Надо нашим молодцам сказать, чтобы его не пришибли между делом.
— А как трети будем определять? — заикнулась было Элина, но ярлы обратили на нее внимания не больше, чем на жужжание мухи.
— Фру, — шепнул ей Свен. — Вы не обижайтесь, ярлы очень редко прислушиваются к мнению женщин. Ну если только это не их маменьки. Но и их они не слушают, их они просто боятся.
Элина вздохнула, задумавшись видимо о том, что и здесь дискриминация по половому признаку.
