— Как только я привела девочку, Исмена накинулась на неё. Клянусь, я никогда не видела госпожу в таком бешенстве. Она крутила бедняжке уши, таскала её за волосы, плач и крики ребёнка только разогревали её ярость. Это было так страшно, что я не выдержала и стала молить госпожу остановиться. Только напоминание от том, что она испортит внешний вид рабыни, смогли немного унять её гнев.
— Ребёнок сильно пострадал? — с долей волнения спросил Бут.
— Слава Артемиде, нет. Мне удалось отбить Левкею у госпожи Исмены.
— В чём причина? Что могла натворить маленькая рабыня? Отчего твоя госпожа пришла в такое негодование?
— Ах, Бут! Это дитя посмело покуситься на самое дорогое в жизни Исмены — на её любимого сына.
— Не понимаю…
— Одна из частей нашего сада прилегает к дальней стороне сада госпожи Исмены. Между ними высокий забор, — пояснила женщина. — Кто-то из детей проковырял дыру в стене, они познакомились. Наивный мальчик попросил свою мать купить для него рабыню из соседнего дома, с которой он успел подружиться. Исмена, узнав, о ком идёт речь, впала в неистовство. Она решила, что Левкея пыталась совратить её сына.
— Дурная баба! Мегера! — выплюнул Бут и тут же спохватился: — Где сейчас девочка?
— Заперта в чулане. Там она пробудет до тех пор, пока не найдётся покупатель. — Немного подумав, Семела добавила: — Знаешь, Бут, не потому ли моя госпожа назначила такую высокую цену, что хочет уморить бедное дитя?
— Возможно ли это? — забеспокоился мужчина.
Бут не был гуманистом, но ему претили мелкие женские дрязги. Если рабыня не подошла, лучше её продать. Зачем мучить, портить товар?
— Я выполню все свои обещания, — решительно возвестил Бут после недолгих размышлений. — От тебя потребуется только подготовить ребёнка. Она должна выглядеть здоровой и весёлой. Госпоже своей скажи, что покупатель найден, и он согласен на все условия.
— Кто покупатель?
— Я назову тебе его имя, но сначала мне нужно убедиться, что с малышкой всё в порядке.
1.
Семела вернулась домой глубокой ночью в сопровождении раба Бута. До рассвета оставалось несколько часов, но женщина, прежде чем отправиться в свою опочивальню, решила проверить Левкею.
Когда старая служанка открыла дверь чулана, то чуть не задохнулась от запаха нечистот, заполнивших маленькое помещение без окон. Никто не навещал наказанную рабыню, не выносил горшок, никого в этом доме не заботило есть ли у ребёнка еда и питьё. Занемогшая служанка ещё не выздоровела, а вторая ухаживала за своей подругой и следила за порядком в школе.
Воспитанницы без занятий и дисциплины стали неуправляемыми — дерзили, не слушались, словно в них вселился дух бунтарки Роды. Семела прикрыла лицо краем накидки, чтобы защититься от вони, и вошла в чулан. Она споткнулась о лежащее на полу тело и едва не выронила из рук масляную лампадку.
Женщина перенесла девочку в купальню, положила на широкую деревянную лавку и прислушалась: «Дышит ли? Дышит! Слава Богам, я успела!» Она обтёрла лицо и тело девочки смесью воды с уксусом. От резкого запаха Снежка пришла в себя, поморщилась и завертела головой.
— Посмотри, — приблизилась к ней Семела, — узнаёшь меня?
Девочка кивнула.
— Ну и хорошо, — обрадовалась женщина.
Ответ ребёнка словно влил силы в Семелу, она сбегала на кухню, принесла оттуда плошку с кислым молоком и принялась кормить Левкею.
— Хватит пока, — отняла Семела плошку от губ девочки. — Утром дам ещё, а сейчас только вода. Пить будешь?
— Да, — кивнула девочка.
— Попей и спать, — ласково проговорила женщина, — тебе нужно завтра хорошо выглядеть, чтобы твой новый хозяин остался доволен. — И немного подумав добавила: — Лучше тебе побыстрее уехать из этого дома, пока госпожа не передумала.
Семела сняла с себя накидку и укутала в неё ребёнка — после душного чулана в нетопленной купальне было холодно. Женщина разожгла огонь в очаге и подвесила над ним медный чан с водой. К утру вода нагреется, и можно будет искупать Левкею. Снежка, сбитая с толку вниманием прежде строгой Семелы, решила воспользоваться неожиданным расположением к ней и пожаловалась:
— Больна здесь, — показала она на голову.
— Голова болит? Завтра всё пройдёт! Нужно лишь хорошенько выспаться.
Старая служанка помогла Левкее улечься, сама же прилегла рядом. В помещении купальни заметно потеплело. Масляная лампадка погасла, лишь в очаге тлели угли, то и дело вспыхивая неярким рыжим светом.
«Она не придёт к тебе, не бойся!» — вспомнила женщина слова Бута. — Тело девушки похитил её брат и увёз к себе в Керкетию, чтобы похоронить согласно обычаю. Душа керкетской царевны нашла успокоение на своей родине».
Женщина устало закрыла глаза. Как жаль, что в её жизни не было рядом такого умного и рассудительного мужчины, который понимал бы её, успокаивал, давал мудрые советы. Она забыла, что совсем недавно проклинала работорговца на все лады, но это в прошлом.
Семела медленно погружалась в объятия Морфея *, сейчас она была очень благодарна Буту за то, что он согласился помочь ей и выкупить Левкею на невыгодных для себя условиях.
