«Если её не примут в Тритейлионе, то я оставлю её себе», — продолжил свой внутренний монолог мужчина. Семеле он ничего не сказал, боясь увязнуть в новых бесполезных спорах.
1.
Крытая повозка медленно катилась по узкой пыльной дороге. Семела охала и хваталась за перекладину, поддерживающую ткань полога, всякий раз, когда повозку подбрасывало на неровностях дороги. Снежка изнывала от любопытства — ей хотелось откинуть занавесь и выглянуть наружу, но старая служанка, опасаясь, что серая дорожная пыль проникнет внутрь кибитки, запретила девочке прикасаться к пологу.
За стенами города ветер весело гонял по опустевшим полям сухие шары перекати-поля. Сквозь истёртую ткань полога можно было разглядеть очертания невысоких холмов, поросших кустарником. Между холмами на небольших участках копошились люди, собирая последний в этом году урожай со своих наделов.
Снежка ощутила во рту привкус пыли, в горле запершило, ей очень хотелось пить, но она не смела попросить у Семелы флягу с водой. Девочка чувствовала раздражение женщины, было видно, что по какой-то причине Семеле неприятна эта поездка.
Ещё в доме того мужчины, что звали Бутом, маленькая рабыня догадалась, что в школу гетер больше не вернётся, но неизвестность впереди пугала меньше, чем перспектива вновь встретиться с хозяйкой школы и испытать на себе её гнев.
Она не поняла ни слова из того, что кричала ей красивая синеглазая госпожа. Были только боль и страх, а также желание убежать и спрятаться в укромном месте, где никто её не найдёт.
Если бы она могла вырваться из этих сильных цепких пальцев, то со всех ног бросилась бы к Пелею, который обещал, что будет просить свою добрую матушку выкупить её. На этот раз Снежка не потеряла сознание, только белая зыбкая пелена застлала свет. Она словно ослепла и оглохла, кто-то привёл её в каморку и положил на пол. Лицо горело, уши пылали огнём, прикосновение щеки к холодному земляному полу принесло небольшое облегчение.
Она почти не плакала, потому что от этого боль возвращалась с новой силой. Сколько времени прошло с того дня, как её заточили в чулане до той ночи, когда Семела перенесла её в купальню, девочка не знала. Снежка вздохнула. Всё осталось позади, там, за стенами каменного города — и красивая злая женщина, и дружелюбный синеокий мальчик Пелей.
Когда они только выехали за городские ворота, у юной рабыни мелькнула мысль — бежать. Неповоротливая Семела нипочём её не догонит, правда был ещё возница, но он тоже не молод и вдобавок к этому хромал.
Мысль о побеге быстро угасла, когда Снежка увидела, что степь отнюдь не безлюдна, и за городскими стенами тоже кипит жизнь.
В кибитке стало так душно, что Семела не выдержала и откинула полог. По обе стороны дороги тянулись поля, женщина восхищённо зацокала языком. После хлебных полей потянулись огороды, которые сменились стройными длинными рядами виноградников.
Повозка немного накренилась, дорога шла в гору. Снежка, высунув голову из кибитки, увидела внизу участки возделанной земли, мимо которых они только что проехали, края этих участков были удивительно ровными.
Когда они выехали к подножию широкого и высокого холма, Семела повертела головой и удивлённо пожала плечами. Местность вокруг была пустынной, даже трава здесь не росла, более того, в некоторых местах женщина разглядела следы огня, словно кто-то специально выжигал землю, чтобы на ней ничего не росло.
— Даже камней нет, — пробормотала женщина.
Снежка не разобрала того, что сказала Семела, но, кинув взгляд вперёд, пригорюнилась — повозка остановилась у мощных, обитых чёрным железом ворот. А она так надеялась, что ей отвезут в степь! К скифам!
Стражник, появившийся в амбразуре четырёхугольной башни, возвышавшейся над воротами, что-то крикнул вознице.
Кряхтя, Семела вылезла из повозки и, взяв флягу, долго пила, а затем смочила водой платок и обтёрла им лицо. Приведя себя в порядок, вытащила из-за пазухи небольшой свиток и помахала им.
Раздался лязг замка, в воротах открылась маленькая дверца, выпустив наружу двух вооружённых рабов. Они осторожно приблизились к повозке. Один из мужчин заглянул внутрь кибитки, второй в это время забрал у возницы кинжал и короткое копьё. Разоружив возницу и убедившись, что гости не представляют никакой опасности, мужчины повернулись к Семеле, женщина передала одному из мужчин письмо.
2.
