Как ни странно, почти все английские офицеры индийской армии, от главнокомандующих до простых командиров батальонов, да и вообще все женатые чиновники, перешагнувшие сорокалетний рубеж, примыкали к партии святош. Было замечено, что это был для них критический возраст: самые отъявленные негодяи, как только пробивал этот роковой час, меняли свои манеры и язык, и чем более беспорядочной была их прошлая жизнь, тем более строгим становился их аскетизм.
Вот факт, о котором следует упомянуть.
На собрании южноирландского Общества по распространению Библии преподобный Грэм свидетельствовал, что генерал Хэвлок (герой войны в Индии), хотя и принадлежал к секте анабаптистов, был членом Евангелического миссионерского общества в течение семи лет вместе со своей женой и дочерью. Далее он рассказывал, что генерал Хэвлок, когда он путешествовал по Индии в качестве полковника во главе своего полка, всегда имел при себе палатку Вефиля (так называют палатки, служащие храмом для проповедующих миссионеров), где он проповедовал Евангелие, и что каждое воскресенье он поднимал флаг Вефиля и приглашал всех жителей прийти и послушать Евангелие, и, наконец, что он часто крестил неофитов. Так как на это пожаловались лорду Гофу, тогдашнему главнокомандующему, а Новый Свет (просвещенный) был не менее экзальтирован, чем Хэвлок, генерал сделал запрос, который подтвердил все факты, которые ему сообщили; и вместо того, чтобы высказать хоть малейшее замечание на офицера, пренебрегающего своими воинскими обязанностями ради проповеди, он сказал вслух на собрании командиру корпуса, которому подчинялся полковник-миссионер: «Передайте мои комплименты полковнику Хэвлоку, выразив ему моё искреннее желание, чтобы он обратил и крестил всю армию».
Но индусы — умный народ, и, к сожалению, они уже видели проводимые одновременно обращение [в ислам] и эксплуатацию.>
Им проповедовали любовь, милосердие, христианское братство, а они видели, что политики именем <европейской> христианской королевы продолжают отбирать индусские княжества одно за другим. Им давали много библий, <которые они не очень-то хотели читать>, но зато у них отнималось всё, что можно отнять, и благосостояние страны всё падало, мало-помалу нищета проникла чуть не в каждую семью. И индусы делали вид, что они слушают святош, подчиняются давлению политиков и продолжали замыкаться в ещё более непроницаемую тайну, скрывая от посторонних взоров свои нравы и обычаи, свои семьи.
<«Мы остаёмся, — сказал сэр Джон Стрейчи, — в глубочайшем неведении об индусах, об их характере, об их моральных мотивах, об их личной жизни, об их домашних привычках. Мы не знаем, что такое их кастовое деление, что они думают и что делают, они скользят, как тени, и окутаны непробиваемой пеленой». (де Варрен)>
Следует прибавить, что Англия <в своих отвратительных спекуляциях> является сознательной причиной ужасного голода, который регулярно опустошает Индию через каждые пять-шесть лет. С одной стороны, она отказывается исправить громадную систему прудов и оросительных каналов, устроенную ещё при браминах для сбережения воды при ливнях и для поливки полей в сухое время года, а с другой стороны, она позволяет своим купцам спекулировать на народной нищете <и монополизировать рис в годы дефицита.
Два слова о прудах орошения.
В течение девяти месяцев в году Индия не видит ни капли дождя со своего вечно голубого неба. Ужасные засухи опустошили бы страну и в конце концов сделали бы её необитаемой, если бы ещё в древности брамины не заставили покрыть всю Индию сетью прудов, резервуаров, каналов, сообщающихся между собою, и, вообще, не устроили бы водохранилищ, которые собирают в себя воду в период дождей. И в каждой провинции имелось столько искусственных бассейнов, сколько воды ей требовалось. В период засухи вода бежит по каналам и распределяется так, что каждый клочок поля имеет ежедневно свою порцию воды.
Во французских владениях эта система орошения поддерживается идеально, на нашей территории от голода не умирают.
Что же касается английских владений, то многие древние прекрасные пруды погибли из-за того, что их не поддерживали и не исправляли. <Известно, что в Индии один квадратный километр пруда орошает десять квадратных километров земли. [Находящийся теперь в разрухе] пруд Понайры таким образом орошал две тысячи квадратных километров возделанных [рисовых] полей. И это только один пруд!>
Вся Индия покрыта руинами, и каждые пять лет индусы умирают от голода в количестве двухсот-трёхсот тысяч человек; гибнут они на дорогах, на уединённых тропинках, в джунглях, где дикие звери пожирают их ещё живыми.