— Я бы тоже не сунулся в этот город, — внезапно произнес Руан. До этого он обычно молчал, предпочитая давать нам с Катрин самим выбрать, куда идти и что делать. — Однако, боюсь, за нас все уже решили, — мужчина кивнул куда-то в сторону, за наши спины.
Мы с магистром тут же обернулись, чтобы узреть двух низко летящих виверн — похожих на небольших драконов крылатых ящеров некогда ярко-зеленого цвета. Сейчас же их шкура сильно потускнела, кое-где чешуя и вовсе отвалилась, обнажив коричневую гнилую плоть. Прежде кожистые перепончатые крылья, приспособленные больше для планирования, нежели для полноценного полета, были подраны до кости до такой степень, что виверны не должны были даже и секунды продержаться в воздухе. Однако они, вопреки всем законам природы, летели, и летели судя по всему, к нам.
— Нежить, — пробормотала Катрин, едва взглянув в полыхающие синим огнем пустые глазницы ящеров. — Бежим! — рявкнула магистр и первой пришпорила коня. Руан тоже медлить не стал, так вскоре мы неслись во весь опор к тому самому городу, чтобы укрыться в одном из разрушенных зданий: воевать с вивернами, да еще и неживыми, в открытом поле было сродни самоубийству.
В город мы буквально влетели: кони, почувствовавшие рядом нежить, даже в понукании не нуждались. Наоборот, магистру Далькре стоило больших усилий удержать свою кобылу и не дать той понестись сломя голову и задрав хвост напролом, куда глаза глядят.
Крайние дома поселения оказались на редкость в отвратительном состоянии, словно здесь когда-то развернулась нешуточная битва: мостовая была вся изрыта и местами плешевела черными отвратительными оплавленными пятнами, каменные стены домов были посечены и выщерблены, а кое-где и вовсе лежали грудой осыпавшихся кирпичей. Искать здесь убежище даже и не стоило думать: любое из этих строений могло осыпаться даже от легкого ветерка, а уж от удара виверна и подавно.
Однако выбора у нас не было: нежить была слишком близко, чтобы придирчиво выбирать, куда прятаться. Разве что дом из близлежащий выбрали поцелее, да так и влетели в его двор верхом. Кинули поводья и нырнули в разрушенный проем. Как оказалось, внутри дом сохранился значительно хуже, чем выглядел снаружи: небольшой холл встретил нас обвалившейся лестницей, некогда ведшей на второй этаж, а комната, в которую мы в спешке забежали, грудой сломанной, опаленной мебели, разбитыми окнами и парой сломанных потолочных балок… Но каким бы ненадежным ни было наше убежище, скрылись мы весьма вовремя: один из виверн, взметнув в воздух облако пыли, буквально рухнул на улицу, где мы были минутой назад. Мощный хвост стегнул и по без того разрушенным зданиям, и обрушил стену соседнего дома. Гробовую тишину города, царившую тут уже пару столетий, разорвал оглушительный грохот.
Но виверн не обратил на это никакого внимания. Узкая змеиная морда грязно-зеленого цвета склонилась к земле, будто принюхиваясь. Полыхающие синим огнем зрачки сузились. И хотя эта нежить была довольно тупой — судя по ее состоянию, поднялась из могилы она уже давно, так что разум там почти уже угас, да и все чувства сильно притупились, но недооценивать
И все же не стоило.
Я невольно шагнула назад, подальше от разбитого ведущего на улицу окна, будто надеясь, что этот маленький шажок скроет меня от нежити. Под ногой тут же что-то скрипнула, заставив застыть на месте, но нет, змей все еще стоял на месте и вертел головой, пытаясь понять, откуда нами пахнет.
Опустив глаза, я едва не отдернула ногу: под ботинком оказались кости! Человеческие. Детские. Уж кому, как не мне, темному магу, в этом разбираться… Окинув разгромленную комнату взглядом, я заметила еще один скелет у стены. Судя по всему, это когда-то был мужчина. Лет сорока. И умер он с оружием в руках, по крайней мере, в костлявой руке до сих пор был зажат короткий меч. Причем если ни одежды, ни даже заклепок не сохранилось, то меч выглядел на редкость новым. Словно его вчера отковали. Или хотя бы заботливо начищали.
— Что делать будем? — прошептала Катрин, напряженно наблюдая за озирающимся виверном. А вместе с ней разглядывал нежить и Руан. Правда, мужчина выглядел значительно спокойнее. Вероятно потому, что у него единственного из нас в руках было оружие: тот самый тальх, только пока сложенный. прекратила созерцать чужие кости и перевела взгляд на нее.
— Я могу сплести удерживающую сеть, пока он один, — так же шепотом предложила, — а ты…
— Что я? — недоуменно переспросила у меня магистр, когда я замолчала на полуслове. — Что-то случилось?
— А? Нет, показалось, — мотнула головой. Ну не могли же эти кости пошевелиться? — А ты сожжешь его.
— Хоро…
— Вир!
— Свер! — взвыла я, когда Руан внезапно дернул меня в сторону. А всё потому что там, где я стояла секунду назад, промелькнула острая сталь.
С щелчком раскрылся тальх, с визгом распорол воздух и… не причинил восставшему скелету ни малейшего урона. Да, Руан раздробил несколько костей и даже срезал наискосок череп, но мертвец этого даже не заметил. Костлявая рука вновь взметнулась, занося меч.
