— Нет, — ответил Рыбак. — Литовец лишь я. Один был украинцем, другой — поляком, третий, кажется, хорватом.
Васильев помедлил, собрался с мыслями и вкратце перевел все сказанное на русский язык — специально для Кожемякина и Толстикова. Оба они были полноправными участниками допроса и должны были знать, о чем ведется речь.
— Разговорился, значит, наш герой, — хмыкнул Кожемякин. — Как ты думаешь, правду он говорит или врет?
— Похоже на правду, — с некоторым сомнением произнес Васильев. — Отвечает быстро и складно, без запинки. При этом напуган. Тот, кто напуган, врет с запинкой.
— Сдается, он впрямь говорит правду, — сделал вывод Никита.
— Сколько всего человек в группе? — спросил Васильев у Рыбака.
— Точно не знаю, — ответил задержанный. — Человек пятьдесят, может, шестьдесят… Это такие же, как я. А есть еще и другие, которые недовольны вами. Недовольны, что вы пришли в Польшу… Фукс говорил, что если им дать в руки оружие и объяснить их задачу, то… — Рыбак не договорил и сделал выразительный жест сразу обеими руками.
— Что ты можешь сказать об остальных членах группы? — спросил Васильев. — Где их искать?
— Не знаю, — ответил Рыбак и повторил: — Я и вправду этого не знаю! Знаю лишь, что они разбросаны по всему городу, по разным адресам. Небольшими группами или, может, поодиночке — это мне тоже неизвестно. А вот адреса я назвать не могу. Немцы их готовили заранее, еще до своего ухода… Это секретные адреса.
— Угу… — задумчиво произнес Васильев.
Все, что сказал ему Рыбак, он перевел для Кожемякина и Толстикова.
— Ну, насчет адресов — это, пожалуй, правда, — сказал Толстиков. — Кто же станет трезвонить о секретных адресах на весь город? Немцы не дураки. Однако же меня сейчас волнует совсем другой вопрос. Вот этот самый Фукс сказал, что в городе много недовольных приходом Красной армии. И что, дескать, если этим недовольным дать в руки оружие и правильную команду, то вот тебе и вооруженное бандитское формирование. Вы понимаете, куда я клоню?
— Думаешь, в городе имеется потайной склад с оружием? — взглянул на Толстикова Кожемякин.
— Именно так я и думаю, — кивнул Толстиков. — А то из чего же станут по нам стрелять эти недовольные граждане?
— А ведь и вправду! — согласился Кожемякин. — А мы-то поначалу и не сообразили! Думаем, какие-то мелковатые масштабы для немецкой разведки! Всего каких-то пятьдесят или шестьдесят напуганных диверсантов! А оно вишь ты как! Если к этим диверсантам прибавить склад с оружием — а ведь склад-то может быть и не один, — то тут уж получается совсем другое дело!
— Из чего следует, что нам срочно нужно заняться поисками этого оружия, — подвел итог разговора Васильев. — Ладно… Сейчас я задам нашему красавцу еще один вопрос, и на этом пока хватит. Красавец никуда не денется, а оружие может выстрелить в любой момент.
— Кто та женщина, у которой вы квартировали? — спросил Васильев у Рыбака.
— Ее зовут Анна, — ответил тот. — Анна Вуйчик. Поселиться у нее нам приказал Фукс.
— Почему именно у нее? — спросил Васильев.
— Я не знаю. — Рыбак пожал плечами. — Я не задавал Фуксу такого вопроса. Это был бы лишний вопрос, за него Фукс мог и убить.
— Ты думаешь, что Анна Вуйчик как-то связана с Фуксом?
— И этого я тоже не знаю, — ответил Рыбак, помедлил и добавил: — Думаю, что так и есть. Кто же станет селить четырех вооруженных людей в первый попавшийся дом к незнакомому хозяину? Это рискованно…
— Да, пожалуй, — согласился Васильев и перевел все, что услышал от Рыбака, на русский язык.
— Ясное дело, что эта пани сотрудничает с фашистской разведкой! — уверенно произнес Егор Толстиков. — Наш красавец прав — кто же станет заселять диверсантов в какой ни попадя дом? Так и погореть недолго! А вдруг хозяин донесет! Нет, тут нужно действовать осторожно и кропотливо! Заранее подготовить адрес. Точнее сказать, заранее обработать хозяина. Вот нашу дамочку и обработали. Сделали ее хозяйкой конспиративной квартиры. Ну а уж каким таким способом ее обработали, это нам еще предстоит выяснить.
— Я тоже так считаю, — сказал Кожемякин.
— Да и я тоже, — согласился Васильев. — Думаю, что не одна такая пани проживает в городе. Ну или пан… Ладно! На этом допрос временно прекращаем. Есть другие дела, поважнее.
Прежде чем заняться другими делами, то есть поиском складов с оружием, Васильев встретился с Семеном Грицаем.
— Ну и как наши дела? — спросил Васильев. — Что сказала пани?
— Ничего пока она не сказала, — ответил Грицай. — Потому что я покамест с ней не беседовал.
— Что так?
— Готовился к беседе, — пояснил Грицай. — Искал всякие подходы.
— И что же — нашел подходы? — Васильев невольно улыбнулся.
— В принципе да, — улыбнулся в ответ Грицай.
— Тогда поторопись, — сказал Васильев. — И включи в свои тонкие подходы такую информацию. Панночку зовут Анна Вуйчик. Очень похоже на то, что она связана с немецкой разведкой. В частности, с Карлом Унке.
— Это который Фукс? — уточнил Грицай.
— Он самый. Эта Анна Вуйчик — содержательница конспиративной квартиры.
— Ясное дело, — кивнул Грицай. — Ведь не стали бы диверсанты селиться в первый попавшийся дом!