Филипп Красивый полностью

Фискальный аспект преследования был неотделим от религиозного: налог в 25.000 ливров в 1285 году на евреев Шампани, налог на военные нужды с 1295 по 1300 год, налоги на самых богатых евреев Парижа с 1292 по 1300 год, конфискация долгов евреям в 1292 году, казнь и конфискация имущества тринадцати евреев Труа, обвиненных в ритуальном убийстве в 1288 году, арест и получение выкупа с евреев сенешалем Бокэра в 1295 году. В 1303 году королевская власть приняла меры против ростовщичества и заставила должников выплачивать свои долги евреям: последние же платили штраф за ростовщичество и налог на деньги, собранные с помощью ростовщичества. Важно было не убить курицу, несущую золотые яйца. Согласно американскому историку Р. Чазану, налог на евреев приносил значительные суммы: 100.000 турских ливров между Рождеством 1291 года и Днем всех святых 1292 года, 215.000 ливров в 1297 году. Его собирали бельи и сенешали, за исключением периода с 1291 по 1296 год, когда эта задача была возложена на Бише и Муше. Понятно, что Филипп Красивый продолжил начатые его предшественниками усилия по признанию всех евреев королевства "королевскими евреями" и, следовательно, подлежащими обложению налогом, и что он стремился отстранить церковные власти от участия в еврейских делах. В 1288 году религиозным орденам было запрещено арестовывать евреев без предварительного уведомления чиновников короля, а также были запрещены любые финансовые санкции, применяемые к евреям со стороны священнослужителей. В 1293 году король попросил сенешаля Каркассона запретить арест евреев инквизицией без согласия светских властей.

Был ли Филипп Красивый, постоянно сталкивающийся с серьезными финансовыми трудностями, антиевреем по фискальным или религиозным причинам? Учитывая некоторые его действия, можно склониться к первой гипотезе, когда мы видим, как он, например, запрещает поселение евреев во Франции, изгнанных из Англии в 1291 и 1296 годах, потому что они были разорены и с них больше нечего было взять, когда мы видим, как в 1291 году он облагает налогом христиан Пуату и Сентонжа под предлогом того, что он оказал им услугу, изгнав евреев, которые подвергали опасности их души и их кошельки, и эта прибыльная операция повторялась в других регионах до 1300 года. Однако религиозный мотив всегда присутствовал. Если Филипп Красивый позволял себе такие действия, выходящие далеко за рамки принудительных займов и налогового давления, только в отношении евреев, то это было связано еще и с тем, что, подобно Людовику Святому, он был полон решимости выполнить свою обязанности защитника веры. Евреи были отличными козлами отпущения, присутствие которых напоминало о божественной каре возложенной на них, а также помогало наполнить королевскую казну. Великое изгнание 1306 года является иллюстрацией этой двойной цели в масштабах всего королевства.

Эта история была недавно исследована Селин Баласс, работой которой мы пользуемся. По своему размаху это событие превзошло все предыдущие: впервые объектом преследования стали все евреи королевства, то есть, по оценкам историков, около 100.000 человек. Они должны были быть изгнаны, а все их имущество передано короне. Для того чтобы изгнать их, необходимо было сначала арестовать "всех евреев, которых можно обнаружить", согласно инструкциям сенешалю Каркассона. Ведь перед изгнанием из королевства они должны были выдать всю информацию о своем имуществе, как движимом, так и недвижимом. Поэтому операция, начавшаяся в начале июня, требовала эффективной организации, так как количество евреев не было известно. Но поскольку они группировались по городам и обычно носили на одежде знак rouelle, их можно было легко опознать. Эта масштабная облава предвосхитила ту, которая коснется тамплиеров в следующем году, и для пробной акции это был мастерский ход, который, помимо каких-либо моральных соображений, свидетельствовал о замечательной организации королевской администрации. Проведение десятков тысяч арестов по всей стране при средневековых средствах связи и передачи приказов было подвигом, даже если сам процесс обычно растягивался на несколько недель. Указ о высылке не сохранился, но считается, что она была назначена дата 22 июля.

Труднее, чем арестовать людей, было провести инвентаризацию имущества: домов, земли, мебели, одежды, посуды, долгов, драгоценностей и наличных денег, которые часто были припрятаны. 21 июня король назначил комиссию из трех человек для проведения инвентаризации: Гийома де Ногаре, Жана де Сен-Жюста и Жана де Мокенши, сенешаля Тулузы. Земельные владения были сразу же выставлены на аукцион в конце июля; конфискация движимого имущества, и прежде всего долгов, было гораздо более сложным делом и не было завершено и через пять лет.