Философская драма полностью

Попов открывает глаза, смотрит поочерёдно на каждую из Шинелей и садится. Увидев, что он проснулся, Шинели встают с колен и отходят, а затем подходят к нему поодиночке, и каждый исполняет один куплет совершенно другого романса (испанского).

ДЫЛДА:

КОРОТЫШКА:

ЖЕНЩИНА:

Дылда берёт из кулисы чашку и, пронеся её мимо протянувшей руку Женщины, передаёт её Попову, который берёт чашку и начинает пить шоколад. Шинели-мужчины отдают свои гитары Женщине, и она уходит с ними за кулисы.

ШИНЕЛЬ-ДЫЛДА(достав из кармана бумагу, читает): «Советник – Тит, Евсеев сын, Попов —…»

Останавливается в недоумении.

ШИНЕЛЬ-КОРОТЫШКА(читает):

Бьёт колотушкой в гонг. Оба подходят к Попову и сдёргивают с него одеяло. Видно, что Попов – в брюках. Они многозначительно переглядываются и тщательно укрывают его одеялом.

ШИНЕЛЬ-ДЫЛДА: Попов, Тит Евсеич?

ПОПОВ: Да. Чем могу служить?

ШИНЕЛЬ-КОРОТЫШКА: Советник?

ПОПОВ: Советник.

Коротышка смотрит на Дылду и машет рукой. Дылда достаёт бумагу и читает.

ДЫЛДА:

Коротышка сдергивает с Попова одеяло, тот встает на ноги.

КОРОТЫШКА: Пожалте бриться!

Как и в начале, Шинели ведут Попова. Дылда гасит свечу. За столом сидит Женщина. На ней – гимнастёрка. Шинели-мужчины остаются стоять за спиной Попова, который садится на стул.

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: Фамилия?

ПОПОВ: Попов.

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: Имя?

ПОПОВ: Тит.

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: Отчество?

ПОПОВ: Евсеевич.

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА(манит его пальцем, он приближается): Сейчас они уйдут…

Машет рукой, он отодвигается.

Чин?

ПОПОВ: Советник.

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: Как же это вас, господин советник, угораздило?..

Манит пальцем, он приближается.

Отвечайте: «Это был сон».

Машет рукой, он отодвигается.

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: Ну…

ПОПОВ: Это был сон.

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: Да уж это-то как раз нам отлично известно. Да!.. Только ведь сон-то сну – рознь.

ПОПОВ: Как, простите?

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: Рознь, говорю…

Иной сон – понимаете – в руку, а иной…

Манит пальцем, он приближается.

…в ногу.

Машет рукой, он отодвигается.

ПОПОВ: В ногу.

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: Куда?

ПОПОВ: В ногу!

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: В ногу?

Хохочет.

Ой, уморил… Ай да Попов! Ай да Тит Евсеич!.. Ну – молодец!

(Шинелям)

Слышь? Я ему говорю: «Иной сон – в руку…», а он мне отвечает: «А иной – в ногу». Класс!.. Ну развеселили… Вот, болваны, что значит – человек! Не человечишко там какой-нибудь… плёвый…

Плюет на пол и смотрит на них, Шинели тоже плюют.

…который попадёт, к примеру, сюда и в первую же минуту обделается со страху… А… очень даже… наоборот… клёвый! С большой буквы: Человек! Вы-то, дурни, к примеру, могли бы меня вот так срезать?

ШИНЕЛИ-МУЖЧИНЫ(в один голос): Никак нет!

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: То-то… А он за словом в карман не полез. Да у вас, небось, и карманов нет?

ШИНЕЛИ-МУЖЧИНЫ(распахивают шинели и показывают голые ноги): Так точно! Никак нет…

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: Фу, мерзость какая!..

(Попову)

Вот с кем работаем… Увы, как говорится, и ах!.. А что поделать? Образованные, культурные люди все советниками устроились, а то и… министрами. А у нас – изволите видеть – одни подонки…

ШИНЕЛЬ-КОРОТЫШКА: Матушка-голубушка! Ну, зачем уж так-то?.. Подонки!

ШИНЕЛЬ-ЖЕНЩИНА: Я – в переносном смысле. Не в смысле – подонки, а в смысле… то, что на донышке осталось… Да-с!

Машет рукой, и шинели удаляются.

Ну вот мы и одни… Можно поговорить по душам.