– Кстати, про бал, – сказал Тейлор (то есть Тейлор Свифт!), – дальше в нашей программе короткое интервью с одной из номинанток.
Ученики заерзали: им явно было интересно. Включили интервью, Присцилла улыбалась в камеру. Мне все эти ее приемчики давно были знакомы, поразило лишь то, как замечательно она выглядела в кадре. Джейми просто молодец. Он, видимо, добавил какой-то фильтр, краски стали ярче. В нужные моменты он давал Присциллу крупным планом и даже поставил музыку, чтобы сильнее пронимало. В конце на экране появились слова: «ПРИСЦИЛЛА ДЖО – НОМИНАНТКА В КОРОЛЕВЫ БАЛА» – написанные зазывно-напористым шрифтом. Любой тикток позавидует.
Я захлопала, все в очередной раз уставились на меня. Присцилла улыбнулась мне со своего места. А потом я огляделась и поняла, что довольных людей в классе только двое: она и я.
– А так вообще можно? – спросил парень в вязаной шапочке.
Девчонка в куртке команды по плаванию обернулась к Присцилле:
– Эй, ты им за это заплатила, что ли?
Присцилла бросила на нее уничижительный взгляд:
– Ничего я не платила.
– То есть они типа бесплатно дали тебе рекламу? А остальным номинантам?
Другие начали ворчливо высказываться в том же духе.
Впервые за все время нашего знакомства Присцилла, похоже, растерялась. Посмотрела мне в глаза – в ее взгляде я увидела зарождающуюся обиду. Меня пробрала уже привычная тревога, я поняла: нужно срочно что-то делать.
– Это я предложила записать интервью. – Я встала из-за парты. Очень театрально, чтобы зацепить их внимание. Сработало. Теперь все смотрели на меня, а не на Присциллу.
– А это еще кто, блин? – Без злобы, скорее с недоумением.
– Да это новенькая, – отозвался другой голос пренебрежительно и сердито. – Боб или что-то в этом роде.
– Я
Я улыбнулась, подняла средний и указательный пальцы, и тут зазвенел звонок. Мистер Котт укоризненно цокнул в мой адрес языком, а потом спрятался за драным изданием «Мизери» в бумажной обложке.
Я плюхнулась обратно за парту, Присцилла уже стояла рядом. Во взгляде ее читалось едва ли не восхищение.
– Да уж, с тобой не соскучишься.
Я надела рюкзак.
– В нашем деле главное не скучать.
Она ухмыльнулась:
– Теперь это интервью точно не забудут. Встретимся в машине и поедем на бранч, хорошо?
Было что-то совершенно дикое в моих попытках ублажить свою маму-подростка, однако Присцилла – это Присцилла, и я не могла не признать: мне приятно, когда мои усилия доставляют ей удовольствие. Пусть не все гладко, но она на пути к победе – и это меня утешало.
Да уж.
Я ошиблась.
Эта наша реклама вызвала, блин, целый взрыв возмущения. Все решили, что так нечестно, что популярная девчонка решила воспользоваться своим положением. Пошли даже разные грязные слухи о том, чем именно Присцилла заплатила Тейлору Свифту за этот эфир, – меня просто душила ярость. К утренней перемене в воздухе так и висело напряжение, как будто в канун революции. А кроме того, благодаря моему выступлению на классном часе все теперь знали, кто я такая.
– Присциллина тявкалка! – крикнул кто-то, когда я шла через двор, чтобы уехать с Присциллой на бранч в клубе.
Я развернулась:
– Что ты сказал?
Парень, который это выкрикнул, захихикал в кулак, c ним рядом стояли два его здоровенных приятеля. Бейсболку он развернул козырьком назад, мешковатые штаны едва не сваливались с попы, футболка была дурацкая, в зелено-золотых квадратах.
Здравый смысл подсказывал: повернись обратно, наплюй на этого козла. Но я целое утро слушала полнейшую хрень, терпение было на исходе. Глаза застилала красная пелена. Я ринулась на него, сжав кулаки. На короткий и сладкий миг увидела страх у него на лице…
А потом меня схватили сзади за талию. Стиснули двумя руками, по сути, приподняли над землей.
В ухе у меня раздался голос:
– Оно того не стоит.
Я извернулась и увидела Джейми – он стоял рядом, лицо серьезное.
Быстро, но аккуратно опустил меня обратно. Я была в таком шоке, что даже не порадовалась тому, что мой обидчик с дружками куда-то слиняли.
– Я прошу прощения, – сказала я, поправляя платье, – ярость отхлынула так быстро, что я даже почувствовала легкое опьянение. – Я и сама справлюсь.
– Прости, – тут же откликнулся, вскинув руки, Джейми. – Я просто не знал, что еще делать. Ты собиралась разбить ему морду.
Вот оно что. Он не меня защищал. А этого козлину.
– Ты переоценил мои кулаки.
Он рассмеялся, уронил руки вдоль тела.
– Не уверен.
– Жалко, что ты вообще все это увидел, – сказала я. – Я сегодня с утра какого только дерьма не наслушалась.
– В связи с интервью, да?
Я кивнула.
– Полный провал. До голосования два дня, а мы в полной заднице.
– Ну, не знаю, – протянул он, проводя ладонью по своим обалденным кудрям. Зеленая толстовка так классно на нем сидела, что мне пришлось отвернуться. – Любая огласка – полезная огласка, разве нет?