Несколько человек вокруг нас оборачиваются и начинают пялиться. Колби приподнимает бороду, пытаясь скрыть большую часть своего лица.
– Извините, – шепчет Хелен. – Кстати, меня зовут Хелен.
– А меня бабуля, – добавляет бабушка, лукаво подмигивая.
– О, я вас помню. Вы та еще проказница. – Колби в смятении качает головой, но при этом улыбается.
Эти двое слишком похожи. Не думаю, что мне это нравится.
Я оттаскиваю бабушку от Колби, пока они вдвоем не начали строить новые безумные планы. Но шансы на то, что она выиграет Колби на другом аукционе, равны нулю. Наверное…
– О, кстати, очередь к Сьюзен Мори наконец-то сократилась! Я хочу подписать свою книгу, – говорит Хелен, доставая из своей холщовой сумки дебютный роман Сьюзен в жанре романтического фэнтези. Я обязательно почитаю его как-нибудь позже.
– Вы, дети, идите повеселитесь, – говорит папа, замедляя шаг. – Мы с вашей мамой собираемся пойти перекусить. Кто-то сказал, что у них тут есть ножки индейки. – Кажется, он очень заинтересован их найти.
– И пахлава! – Мама разделяет его восторг.
Бабушка наклоняется ко мне так, чтобы только я могла ее слышать, и шепчет:
– Я собираюсь присоединиться к ним. Хватай этого мужика и беги, пока еще можешь. – Она тычет большим пальцем в сторону Колби.
– Бабуля, – шепчу я в ответ. – Мы просто друзья.
– Ты намного дружелюбнее с ним, чем была несколько недель назад. – Она бросает на меня понимающий взгляд, а затем спешит за моими родителями.
Теперь только я, Хелен, Рути и Колби стоим в короткой очереди к Сьюзен Мори. К моему удивлению, Колби лезет в карман своей мантии и достает экземпляр книги Сьюзен.
Заметив мое удивление, он объясняет:
– Я увидел, что здесь будут некоторые авторы, и хотел подготовиться. К тому же, в этой книге есть оборотень и принцесса фейри? Мне аж стало интересно.
– Правда? Боже мой. Эта книжка моя любимая! – восхищается Хелен, размахивая руками. – Тебе понравилась та часть, где он оставался в волчьем обличье во время страстного поцелуя?
Колби приподнимает брови.
– Я еще не начинал, но теперь мне еще больше хочется это прочитать.
Я фыркаю от смеха. Представить себе этого крупного, мускулистого атлета, свернувшегося калачиком на диване и читающего непристойности про оборотней – это уже чересчур.
– Мы могли бы почитать ее вместе, – говорит Колби низким и хрипловатым голосом, обращаясь ко мне.
Когда я заливаюсь краской, он подмигивает мне.
Негодяй.
Настала наша очередь подойти к Сьюзен, и она выглядит потрясающе со своими фальшивыми клыками и заплетенными в косу черными волосами. Она выложилась по полной, капнув фальшивой кровью на свое белое платье и надев красные контактные линзы.
– О боже! Это самый симпатичный маленький хоббит на свете! – говорит Сьюзен, когда замечает Рути.
– Спасибочки! – говорит Рути, хватая один из леденцов на палочке со стола Сьюзен. Она быстро снимает с него обертку и сует в рот прежде, чем кто-нибудь успевает его отобрать. Что-то подсказывает мне, что ее старший брат все равно не стал бы его забирать.
Сьюзен переводит взгляд на Колби, и даже сквозь красные линзы я вижу, как они оценивающе смотрят на него. Колби может скрывать свою внешность под одеждой Гэндальфа, но он все равно излучает мужское обаяние и развязность.
– Здравствуй, Гэндальф, – Сьюзен подмигивает, протягивая руку к Колби, словно ожидая, что он поцелует ее. Вместо этого он протягивает ей экземпляр ее собственной книги.
– Было бы здорово, если бы вы смогли подписать ее для Колби, вашего поклонника номер два. Я думаю, Хелен здесь номер один.
Я не вижу его лица, но по голосу могу сказать, что он улыбается.
Хелен бросается вперед.
– Я в полном восторге от ваших книг! Мне очень понравилась «Оборотень и крылья».
Сьюзен быстро улыбается Хелен, затем снова обращает свое внимание на Колби.
– В этой книге есть несколько пикантных сцен. Тебе они понравились? – мурлычет она, наконец, забирая у него книгу, не забывая при этом о том, что их руки соприкасаются.
Все мое тело будто бы охватывает огнем. Это странное, незнакомое мне до этого ощущение. Я испытываю странное чувство ревности по отношению к Колби. Он просто пытается подписать книгу, а она его уже всего облапала. Остынь, Сьюзен.
Теперь я почти уверена, что во мне играет потребность защищать. Хотя, когда мне хочется защитить своих близких, мне обычно не становится настолько жарко. И до этого я никогда не хотела кого-то ударить.
Колби однако, кажется, совершенно не тронут фамильярными выходками Сьюзен. Что раздражает меня еще больше. Должен ли он дать ей пощечину? Гэндальф бы поступил именно так.
