Капитан Е. Д. Бессмертный докладывал своему руководству о том, что на его пароходе в Жупаново были отправлены под видом водопроводных дефицитные трехдюймовые трубы, применявшиеся в судовых котлах как дымогарные. Другие капитаны тоже предлагали изъять с комбинатов неликвидное оборудование и снабжение: «Флот, от которого зависит жизнь десятков тысяч людей и работа всех комбинатов, по-прежнему изнашивается».
АКОфлоту на приобретение оборудования в 1940 г. было выделено 320 тыс. руб., в то время как только два гребных винта стоили 170 тыс., а семь грузовых лебедок — 200 тыс. Между тем флоту требовались дорогостоящие паровые котлы, дейдвудные трубы и валы и прочее.
Специалисты технической части АКОфлота трудились в стесненных условиях: они сидели по два-три человека за одним столом, меняясь в рабочий день по три-четыре раза, высматривая место, где временно освобождается письменный стол. Результат: «масса непроизводительных простоев, разложение труддисциплины и прямо преступная бестолочь в работе»[122]. Теплотехников для обработки результатов испытаний судов с трудом удалось пристроить в библиотеке АКО, вызвав большое неудовольствие заведующей.
Вскоре ситуация должна была поправиться: достраивалось здание управления флота, оборудованное паровым отоплением, находившееся на ул. Ключевской, 24. Оно перешло в ведение коммунального отделения АКО 29 ноября 1939 г.[123].
В 1939 г. Петропавловский порт из-за отсутствия договора суда АКОфлота не обрабатывал, а если и обрабатывал, то в последнюю очередь, после судов НКМФ. Он же снял с себя ответственность за простои. Грузовые работы в Петропавловске шли помимо порта: этим занималась местная база АКОтехснаба, допускавшая большие простои. За что флот взыскал с нее 633 155 руб., а иски еще на 546 177 руб. ему «простило» управление АКО.
Штрафы с комбинатов взымались по прогрессивной шкале. «В тех комбинатах, где фактически взысканные суммы показаны меньше, объясняется очередностью судов, то есть, если в пункте находится два судна, то одно из них имеет простой, за который комбинат не несет материальной ответственности, также, если простой выражается меньше суток, то в этих случаях штраф будет составлять ниже себестоимости». Простои в портах и на комбинатах за 1938 — 1939 хозяйственный год исчислялись в 484 судосуток ев сумму 4,31 млн руб. Фактически флот получил 1,9 млн штрафов[124].
Всего АКОфлот за 1938 — 1939 хозяйственный год перевез 73 500 т, в том числе 17 000 т рыбопродукции, и 8 100 чел., то есть 54,8 и 77,1 % от плана грузо- и пассажироперевозок соответственно. Чистый убыток составил 5 651 490 руб. 66 коп. Одна тонно-миля обошлась в 201 руб. 55 коп. или 171,3 % от плана. Простои по вине клиентуры достигли 484, из-за отсутствия топлива — 118 и а портах — 624 судосуток.
За год на культурно-бытовые нужды моряков истратили 29 601 руб. Сюда вошли расходы «на проведение революционных праздников по пароходам — 7 000 руб., на путевки в санатории членам экипажей — 3 737,5 руб., на проведение вечеров стахановцев — 630 руб. На премирование: "Эскимос" — 3 000, "Сима" — 7 137, "Якут" — 1 584, "Чавыча" — 1 012, "Ительмен" — 16 868 руб.»[125].
Суда прошли, в общей сложности, 848 200 тысяч тонно-миль. При этом они израсходовали 27 706 т артемовского, сахалинского, сучанского и корфского угля, причем на долю последнего пришлось 10 343 т. Как видно, доля местных энергоресурсов в балансе топлива для пароходов составила 37,3 %. Единственный теплоход АКО — танкер «Максим Горький» — использовал 377,4 т жидкого горючего вместо плановых 288. Лишнего топлива сожгли на 1 119 тыс. руб., «благодаря отсутствию борьбы за экономию и отсутствию твердых технически обоснованных норм»[126].
На основании таких результатов управление АКО признало хозяйственную деятельность флота неудовлетворительной. Невыполнение заданий в первую очередь объяснялось срывом графика ремонта. Из десяти судов его получили только шесть, причем все они вышли с общим опозданием в 679 судосуток (то есть два парохода не работали почти год). Самые большие опоздания пришлись на «Щорс», потерявший во Владивостоке 157 суток, «Эскимос» и «Ительмен», перестоявшие на Петропавловской и Владивостокской верфях по 115 суток. «Чапаев» встал на ремонт только в августе 1939 г., совершенно не обслуживались «Сима», «Чавыча» и «Колыма». «Якут» и «Щорс», кроме основного, имели и аварийный ремонт, составивший у первого 14, а у второго — 54 дня.
Второй традиционной причиной оставались громадные непроизводительные простои, составившие 1 242 судосуток. Около трети из них пришлось на непогоду, а остальные — на разнообразные организационные причины.
