– Я верю, что ты веришь в Тира, – сказал он, смягчая тон. – Но сейчас нам нужно идти. Если он невиновен, мы найдём его. Обещаю.
Элли фыркнула, но её плечи чуть расслабились. – Лучше бы тебе держать слово, Карас, – пробормотала она, поправляя самострел.
Стражник отступил, его протез издал последний шипящий звук. – Удачи вам, – сказал он, уходя к воротам, где уже собирались другие стражи, их копья поблёскивали в утреннем свете.
– Эль, – начал он, но она перебила.
– Что ты скрываешь? – спросила она, её голос был требовательным. – Я знаю, что этот мир странный. Я видела, как прыгал вчера. Ты осознанный, да?
Карас замер. Она знала больше, чем должна. Кто-то научил её осознанности, и это делало её мишенью для уравнителей – стражей Мира Грёз, что следили за нарушителями. Саруно? Или кто-то другой в Звени?
– Кто рассказал тебе об осознанности? – спросил он, понизив голос, глаза сузились.
Элли шагнула вперёд, её сапожки взвихрили пыль у ворот Звени, где утреннее солнце отражалось в лужах, как в осколках зеркала. Её зелёные глаза пылали, словно лесной пожар, готовый пожрать всё на своём пути. Белые волосы, дрожали от её порыва. Она выпрямилась, кожаная куртка скрипнула, а голос, резкий, как удар клинка, разорвал тишину:
– Тот, кто учил меня с первого дня в этом мире! – выпалила она, её грудь вздымалась, будто слова рвались из клетки. – Учил держать нож, отбивать атаки, чувствовать этот проклятый мир! Но я всё равно слаба, Карас! Мой наставник- Саруно, он говорил, что я должна стать сильнее, что он ждёт… чего-то. Какой-то искры во мне. Но он молчал, откуда я, кто я! Сказал, что не знает, но я видела – он лгал! Почему мне нельзя знать правду? Почему я не могу быть сильной?!
Её слова хлестали, как плеть, каждое – обвинение, каждый слог – боль. Карас стоял, словно вырезанный из камня, но внутри него бушевала буря. Он злился, но не показывал вида. Усталость третьего дня без сна сдавливала виски, как тиски, а страх за Элли – за Аню, запертую в «Нейрококоне», – тек по венам, как яд. Он смотрел в её глаза, пылающие жаждой правды, и видел Татьяну – её зелёный взгляд, её веру в него, которую он не спас. Воспоминание резануло, как осколок стекла.
– Ты сильна, Эль, – выдавил он, голос хрипел, как ржавые шестерни. – Сильнее, чем ты думаешь. Но эта сила… осознанность… она как факел в ночи. Она манит тех, кто следит за этим миром. Уравнителей. Они не прощают тех, кто нарушает их законы. Ты не должна стать их мишенью.
Он шагнул ближе, его тень упала на неё, длинная и зловещая в утреннем свете. Вдалеке скрипнула телега, детский смех эхом разнёсся по Звени, но здесь, у ворот, мир сузился до их взглядов – её, полного огня, и его, тёмного, как бездонный колодец. Карас чувствовал, как правда рвётся наружу: о Барго, о портале, о том, что она – не просто Элли. Но он стиснул зубы. Не сейчас.
Элли прищурилась, её пальцы невольно коснулись рукояти ножа на поясе. – Мишенью для кого, Карас? – спросила она, голос понизился до шёпота, но в нём звенела сталь. – Ты всё время врёшь. Я вижу это в твоих глазах. Кто я? И почему ты боишься сказать?
Карас отвёл взгляд, чувствуя, как земля дрожит под ногами – или это его собственный пульс? Он видел тень Барго в каждом переулке, слышал его шаги в шорохе листвы. Элли была ключом, и Барго знал это. Карас должен был защитить её, даже если она возненавидит его за молчание.
– Доверяй мне, – сказал он, его голос был тихим, но твёрдым. – Я всё тебе расскажу в Валии.
Элли фыркнула, её губы искривились в горькой усмешке. Она отвернулась, поправляя самострел за спиной, и зашагала прочь, её шаги отдавались, как удары молота. Карас смотрел ей вслед, чувствуя, как тень прошлого сжимает его сердце.
Он поправил пояс, и двинулся за ней, шаги отдавались эхом в пыли. Звень затихала позади, но Карас знал: тень Тира, или того, кто написал «ХАОС», уже следовала за ними.
Часть 5: Тайны пути
Они вышли за ворота Звени, оставив деревню позади. Тропа вилась через луга, где колыхалась высокая трава, и вела к лесу, чьи кроны терялись в утреннем тумане. Элли шагала впереди, держа Сахарка на поводке. Щенок, весело прыгал, хватая травинки. Карас шёл за ней, чувствуя, как усталость накатывает волнами, виски пульсировали, в глазах плыли тёмные пятна.
Элли вновь раздираемая вопросами без ответов обернулась, её взгляд был требовательным.
– Опасный человек? – переспросила она. – Кто он? И почему вы с Саруно всё время врёте? Он говорит придёт опасный человек, и пытается меня защитить, ты говоришь опасный человек придёт… кто он?
Карас стиснул зубы. Он знал, что этот «опасный человек» – Барго. И тем более нельзя допустить чтоб они встретились, и Гавриил подозревал что за убийствами стоит именно Он. Но её упрямство вынуждало его говорить.
– Пока просто поверь мне, – сказал он. – Мы идём к месту, где ты будешь в безопасности.