-- Ничуть не бывало. Ты увидишь, какъ бы она ни приняла мое предложеніе, мы останемся съ нею друзьями по прежнему. Я не думаю, чтобъ она отдала за меня жизнь,-- да и я, признаться, за нее лечь въ гробъ не намѣрена. Но мы съ нею точно сходимся, и не разстанемся из-за такихъ пустяковъ.
Такимъ образомъ порѣшили дѣло. На другой день, мистриссъ Гарольдъ Смитъ должна была найдти случай переговорить съ миссъ Данстеблъ и предложить ей раздѣлить свои несмѣтныя богатства съ раззореннымъ представителемъ Вестъ-Барсетшира, который въ замѣнъ приносилъ ей себя и свои долги.
Мистриссъ Гарольдъ Смитъ ни на волосъ не отступила отъ истины, сказавъ, что она и миссъ Данстеблъ сходились между собой. Она довольно точно описала свойство ихъ дружбы. Онѣ не отдали бы жизни другъ за друга; онѣ другъ друга не увѣряли въ неизмѣнной привязанности; онѣ никогда не цѣловались и не плакали, не говорили громкихъ фразъ встрѣчаясь и расходясь. Онѣ другъ другу не оказали никакого благодѣянія, не простили никакой тяжкой обиды. Но онѣ приходились другъ другу, и въ этомъ, я полагаю, заключается тайна всех пріятныхъ отношеній между людьми.
Однако почти можно было сожалѣть о томъ, что онѣ такъ сходились: миссъ Данстеблъ въ нравственномъ отношеніи стояла несравненно выше своей пріятельницы, хотя сама этого не сознавала. Грустно было видѣть, что она довольствуется подобною дружбой. Мистриссъ Гарольдъ Смитъ была отъ природы суетна, безчувственна ко всему и ко всѣмъ, исключая брата, не совсѣмъ даже искренна и честна. Миссъ Данстеблъ не была суетна, хотя въ настоящую минуту вела суетную жизнь, и отчасти увлекалась ею; у ней была душа любящая и правдивая, хотя ея обстановка не давала развернуться ея качествамъ, но она любила свободу и непринужденность, любила похохотать, не прочь была отъ крупной шутки, больше всего любила посмѣяться надъ свѣтскими пошлостями и глупостями. Мистриссъ Гарольдъ Смитъ потакала всѣмъ этимъ склонностямъ.
Такимъ образомъ, онѣ видѣлись почти ежедневно. У мистриссъ Гарольдъ Смитъ уже вошло въ привычку почти каждое утро заѣзжать къ миссъ Данстеблъ; и если мистеру Соверби никогда не удавалось застать ее одну, то его сестра не рѣдко пользовалась этимъ удовольствіемъ. Потомъ онѣ куда-нибудь выѣзжали, вмѣстѣ ли, или порознь, какъ имъ казалось удобнѣе; первымъ ихъ правиломъ было никогда не стѣснять другъ друга.
На слѣдующій день послѣ описаннаго нами разговора, мистриссъ Гарольдъ Смитъ по обыкновенію отправилась къ миссъ Данстеблъ, и вскорѣ онѣ остались однѣ въ небольшой комнаткѣ, куда богатая наслѣдница допускала далеко не всех посѣтителей. Правда, ей случалось принимать здѣсь людей самыхъ различныхъ свойствъ,-- иногда священника, собирающаго деньги для постройки церкви, или старую леди, вооруженную послѣдними городскими сплетнями, или бѣднаго автора, не получающаго должнаго возмездія за плоды своего воображенія, или бѣдную гувернантку, которой тяжело достается жить на свѣтѣ. Но только сюда ни подъ какимъ видомъ не допускались мущины, которые могли быть женихами, ни дамы, которыя могли быть предметами волокитства. Въ послѣднее время завѣтныя двери всего чаще отворялись для мистриссъ Гарольдъ Смитъ.
Теперь настала пора для рѣшительной попытки, къ которой вся эта короткость служила только подготовкой. Подъѣзжая къ дому миссъ Данстеблъ, мистриссъ Гарольдъ Смитъ почувствовала нѣкоторое замираніе сердца, не предвѣщавшее ничего добраго. Она говорила прежде, что нисколько не боится высказать все напрямикъ своей пріятельницѣ; но теперь, въ рѣшительную минуту, смѣлость начинала измѣнять ей; оно дорого бы дала, чтобы все было уже покончено, такъ или иначе.
-- Какъ здоровье бѣднаго мистера Смита? спросила миссъ Данстеблъ тономъ комическаго сожалѣнія, когда, онѣ обѣ усѣлись на обычныя свои мѣста. Такъ какъ прошло несколько дней послѣ паденія боговъ, то можно было предполагать, что бывшій лордъ Малой Сумки не успѣлъ еще оправиться отъ поразившаго его удара.
-- Кажется, ему лучше; сегодня утромъ, по крайней мѣрѣ, я такъ заключила по аппетиту, съ которымъ онъ кушалъ за завтракомъ. Впрочемъ мнѣ все еще страшно становится, когда онъ беретъ въ руки ножъ; я увѣрена, что въ такія минуты онъ думаетъ о мистерѣ Саппельгаусѣ.
-- Бѣдный! Я хочу сказать бѣдный Саппельгаусъ. Наконецъ почему бы и ему не слѣдовать своему ремеслу? Живи самъ, и другимъ жить не мѣшай, вотъ мое правило.
-- А его правило скорѣе такое: губи самъ и другимъ губить не мѣшай. Впрочемъ, мнѣ все это страшно надоѣло; я сегодня пріѣхала поговорить съ вами о другомъ.
-- Я, признаться, стою за мистера Саппельгауса! воскликнула миссъ Данстеблъ:-- онъ, по крайней мѣрѣ, все дѣлаетъ просто. Онъ весь посвятилъ себя одному дѣлу, однимъ интересамъ, а именно своимъ собственнымъ; и для того чтобъ подвигать это дѣло, служить этимъ интересамъ, онъ употребляетъ всѣ орудія, какими одарилъ его Господь.
-- То же самое дѣлаютъ и дикіе звѣри.
